Проиграла. Всё потеряно. Всё зря. Какой кошмар! И как же ей теперь победить в игре? Ни оружия. Ни щита. Ни доспехов. Ни скакуна. Ничего. Ей придётся выйти против Тёмного Принца с веткой, ракушкой и верхом на верблюжонке?
– Ты всё равно победишь… – Ки постарался подбодрить Анук, хотя ему самому слабо в это верилось.
Его слова долетали до Анук откуда-то издалека. Проиграла! Всё пропало.
– Пойдём. – Законодатель взял девочку за руку.
– Куда?
– На арену, – завил Законодатель без тени сомнения.
– С чем? – Собственный голос казался Анук чужим. – Что теперь будет с Майей?
– Ах да! – воскликнул Законодатель и бросился в один из туннелей. – Совсем забыл!
– Спятил старик, – пробормотал Ки.
Анук тупо глядела в пол и не могла собраться с мыслями.
– Вот, – услышала она голос Законодателя.
Старичок протягивал ей что-то блестящее и сам при этом так сиял, будто нашёл сокровище.
– Твои доспехи, – объявил он таким тоном, словно это само собой разумелось и объяснения были лишними.
Он что, шутит? Анук взяла у Законодателя кусок старой серебристой змеиной кожи размером с плащ, способный укутать девочку с ног до головы.
– Это несправедливо! – возмутился Ки. – Анук обманули. Это нечестная игра!
– Именно! – подтвердил Законодатель и отправился в тёмный туннель.
Девочка послушно последовала в сумрак туннеля. Вскоре стало светлеть, и Анук со спутниками вышли через расщелину в скале на солнечный свет. Моргая после пещерной темноты, девочка огляделась. Законодатель привёл её на какой-то стадион. Или римскую арену. Зрительские ряды поднимались ступеньками вверх… и зрителей была тьма. Самые чудные создания глядели на игрока. Она узнала зверей из леса, горных обезьян. Вот пираты её громко приветствуют.
– Шишка моя еловая! – возопил вдруг Ки, и Анук увидела принцессу Ксилем. Она сидела рядом со своей матерью и посылала листовику воздушные поцелуи.
– Мой герой! – крикнула она.
– Вот ты где! – окликнул Анук грубый голос.
Это был Пан.
В голосе шимпанзе Анук кроме упрёка уловила тревогу.
– Я так и знал, что ты ушиблась головой и лежишь где-нибудь в скалах. Мы искали тебя, но этот Тёмный обманщик загрёб себе доспехи, и раунд был проигран.
Проводник был теперь в том же одеянии, что и во время их первой встречи – в тёмном костюме и с сигарой во рту.
– А, и ты здесь. – Пан кивнул Ки. – О, вы и Законодателя нашли. – Пан поклонился старичку, как королю. – Здесь у нас кое-какой беспорядок, знаете ли, – сообщил Пан Законодателю. – Я, конечно, попытался всё исправить, достопочтенный господин Законодатель.
Старик молча улыбнулся и оглядел арену.
– Было бы гораздо проще, если бы он просто предопределил твою победу, – Пан кивнул на змеиную шкуру на плечах Анук, – но так, разумеется, не бывает. Это противоречит самим основам игры. Любят же некоторые всё усложнять.
Законодатель хлопнул в ладоши и громко, будто говорил великан, провозгласил:
– Слушайте все! Начинается последний раунд. Решается исход игры Анук.
– Тебе туда. – Пан указал на край арены.
Анук с удивлением обнаружила там верблюда Тони. Рядом с ним на земле лежали ветка и раковина. Да, девочка выглядела теперь так, словно родители забыли купить ей карнавальный костюм и смастерили его из чего пришлось.
Анук подошла к верблюду, и трибуны возликовали. Не успела она встать рядом с Тони, как ликование перешло в яростный свист: на другом краю арены в арке входа появился Тёмный Принц на крылатом коне, вооружённый мечом и щитом.
Боже, как же Анук сейчас жалка и ничтожна! Свист усилился, послышались ещё и крики «Фу!», когда чёрный силуэт выехал на арену.
Тёмный Принц. Он сменил свои прежние доспехи на новые, выигранные в последнем раунде, и вёл себя так, будто благодарил зрителей за их неистовство. Принц глядел на Анук, но вперёд вышел Законодатель, и Тёмный повернулся к старику. Анук казалось, что даже под опущенным забралом на лице принца читаются изумление и презрение.
Законодатель поднял руку, трибуны стихли. Воцарилась полная тишина.
– Ты выбрался, старик? – лязгнул железный голос, всё так же чудовищно знакомый.
– Как видишь, – отвечал Законодатель. – Храбрый игрок положил конец череде твоих преступлений.
– Моих преступлений… – Тёмный Принц произносил слова, словно жевал кусок испорченного мяса. – Настоящим преступлением было держать меня в этой игре, как в тюрьме. Меня. А ведь я почти то же, что сам игрок. Почти человек. А разве у человека нет права на свободу?
– Такова твоя судьба, – возразил Законодатель, – и ты смирялся с этим все эти столетия.
Тёмный Принц шагнул к Законодателю, который стоял прямо на середине арены.
– На этот раз всё по-другому! И она, – он ткнул железным пальцем в Анук, – она другая.
– Согласен, – кивнул Законодатель, – настоящая фантазёрка с историями и сказками. Неудивительно, что и ты в этот раз поднял голову. И последовал великим идеям. Но ты на неверном пути. Подумай, кто ты, в чём твоя суть. Что ты символизируешь? Ты знаешь, что…
– Хватит! – рявкнул Тёмный Принц. – Давайте уже приступим, игру пора завершить.
