Тайдес пожал плечами. Ну как же, один из вариантов Общего…
– В Асгарде говорят на так называемом северном языке – это нечто среднее между позабытыми у нас старонорвежским, датским и германо-готским наречиями. Так вот, если взять сравнительно близкий к ним немецкий язык, то «ад» на нем – «Hoelle» (согласитесь, сие больше похоже на английское «hole» или немецкое же «Hoehle» – «дыра»), в то время как «hell» обозначает «светлый». Кстати, произносится это слово в точности так же, как имя Хель – в отличие от английского «hell»…
– Ха! – сказала Морфейн. – Если судить с этой точки зрения, то греческие слова «Helios»[49]и «Hellas»[50]также родственны предмету нашего разговора.
– Ты украла у меня вторую половину речи, – проворчал Ренфильд.
От неожиданности оба собеседника замолчали.
– Да! Я утверждаю, что английское «hell», греческое «Helios» и немецкое «hell» тесно связаны с самой Хель! Весьма возможно, что словечко «Hellas» тоже как-то примкнуло к этой компании, но это – уже в другой раз.
Великанша Хель, правительница мертвых, имеет какое-то отношение к свету и солнцу? Бред, подумали бы собеседники, если бы не знали о невероятных аналитических способностях Ренфильда и его личном хобби – устанавливать четкие логические связи между самыми, казалось бы, непохожими событиями и фактами.
– Вы хорошо помните тот бой между Хель и Нидхеггом? – неожиданно спросил он.
– Не в подробностях, – признался Тайдес. – Я смотрел только на Доску.
– Ясно. Значит, я был единственным свидетелем. Так вот, Нидхегг по большому счету одолевал. И тогда Хель вызвала нечто вроде солнечного света.
– Ну и что? Любой заурядный колдун…
– В Нифльхейме? – мягко спросил Ренфильд.
Морфейн пробормотала короткое проклятье в собственный адрес. В глубинах ледяного ада солнечный свет встречался так же часто, как снег и лед в жерле действующего вулкана.
– И как ты это объясняешь? – наконец задал вопрос Тайдес.
– Объяснений у меня нет, одни лишь предположения.
– Ну и?
– В тех краях уже достаточно давно обитал один тип по прозвищу «светоносный»…
– Это в аду-то? – не поверил Тайдес.
Морфейн побледнела:
– Ты же не хочешь сказать…
– Тогда назови его сама, – бросил Ренфильд.
Проклятое навек имя сорвалось с языка против ее собственной воли…[51]…
Восточная окраина Асгарда. Поле Вигрид.
– Четверо против пятерых? Это кажется не очень-то честным…
– Видар, смертные не в счет, – надменно произнес Вали, полируя краем плаща клинок своего двуручного меча.
