Скрутив одного из встречных бесов, я выяснил у него, где обретается Зверь. Он был жутко напуган – нет, не мною, а перспективой встречи с главой Круга Восьмого – и дал настолько подробные указания, что я оставил его в живых. Мне быстро удалось добраться до нужного места, которое я искал бы черт знает сколько. Это был… зверинец. Да уж, сюда бы я зашел в последнюю очередь. Вот и пойми логику этих Владык Ада.
В самой дальней клетке сидел Зверь.
– Ты быстро справился, – заметил он. – Что ж, открывай дверь и приступим.
– Где проход на Девятый? – задал я вопрос.
– Позади меня, разумеется. – Зверь кивнул на крошечную дверцу в задней стене клетки. – Я в нее не пройду, но ты сможешь.
– А что там, тебе известно?
– Конечно. Я одолел того Зверя, который был здесь до меня, однако проиграл в последней дуэли и вынужден был занять его место. Ничего, это еще не худший вариант. Вандердекен, например, наказан куда более серьезно.
– Вандердекен?[13]
– Неважно. Вперед, варвар!
– Говорят, – доверительно шепнул я, отпирая клетку, – мифриловым клинком можно снять некоторые заклятья.
Глаза Зверя хитро блеснули.
– Попробуй, – проревел он, опустившись на все четыре лапы и ринувшись вперед.
Я перемахнул через него – как и подобает Тигру – и скользнул к указанной двери. Задержавшись ровно настолько, чтобы махнуть рукой на прощание.
– Поздравляю, – сказал кто-то, когда я переступил порог.
Передо мной оказалась черная корона, лежавшая на покрытой изящной вышивкой бархатной подушке. В нескольких шагах стоял огромный трон, на котором восседал… Загзагель. Вряд ли найдется другой дьявол с крестообразным шрамом в известном месте…
– Я мог бы убить тебя задолго до этого, – проговорил дьявол, – но так даже интереснее. Ты помог мне покорить большую часть собственного мира.
– ?..
– Я знаю, что ты этого не понимаешь. Что ж, смотри.
Передо мною возникло черное зеркало. И я увидел…
– Ложь. – Мой голос был ровным и спокойным, будто речь шла вовсе не о событиях подобного рода. – Показать можно все что угодно – особенно в Твоем зеркале. Если бы ад мог покорить Арканмирр таким образом, вы бы давно это сделали.
– Так ведь именно ТЫ был ключом, – оскалился Загзагель. – Кроме того, тебе все время помогала сама Фрейя – ее за такое похвальное рвение удостоили места близ Черного Трона. Ведь Искательница никогда не обращалась к Свету, и даже ее кратковременное пребывание в Нижнем Мире так легко было использовать…
– Зато к Свету обращался я. – С этими словами я потянул из ножен мифриловый клинок. – Узнаешь?
Надпись на лезвии вспыхнула, и дьявол вынужден был зажмуриться. Не теряя времени, я всадил меч в черную поверхность зеркала. Оно с жутким треском начало распадаться на куски.
– Ты же разрушаешь собственный мир, болван!
– Это – также ложь, – холодно проговорил я, отчаянно надеясь, что так оно и есть. – А теперь – что по поводу этой короны?
– Она твоя по праву, – ответил Загзагель.
– Чудесно. Никогда не был Носителем Венца.
Я протянул руки к короне и возложил ее себе на голову.
И понял все.
Показанное черным зеркалом было правдой. Однако не той правдой, которую нельзя изменить. При желании я мог бы сейчас отправиться в недалекое прошлое и отдать демонам совершенно иные приказы…
Но зачем? К чему предотвращать неизбежное?..
Мысли путались. Усталость обрушилась на меня подобно долго копившейся лавине – я ведь не спал уже более трех суток. Ноги подгибались сами, даже без вмешательства Загзагеля, который медленно начал подниматься с трона.
– Знаешь, – доверительным тоном сообщил он, – Черный Венец мог получить только смертный, кто-то вроде тебя. Но зато снять его с твоего хладного трупа дозволено любому – и лучше это буду я!
И тут бок о бок со мною оказался Он. У меня осталась корона, Он же получил доспехи и оружие. В Его руках тускло блеснул адаманитовый клинок.
– Ты хотел заставить нас сражаться? – осведомился Он. – Извини, но этого не будет. А сейчас изволь прекратить вторжение.
– Это почему? – Загзагель простер руку для вызова чар.
– Aly
Исходивший из Его уст голос говорил не на Общем, однако я понял каждое слово. Понял и дьявол, отброшенный на несколько шагов назад, словно в него метнули разряд грома.
