Руки Лобанова, сжимающие ее плечи, бессильно упали вниз. Это был ее первый такой отказ. Он понял, что на самом деле примирения не произошло, и Натали продолжает хранить в душе обиду. Но даже для того, чтобы обладать ее прекрасным телом, он не назовет имени Гарри до тех пор, пока не будет уверенным в его безопасности.
— Иди поспи, а я смажу наше оружие. Дай мне и твой пистолет.
Из сумочки Натали достала пистолет и протянула его Лобанову. Затем направилась к кровати и через несколько минут в самом деле уже спала. Лобанов присел рядом на постель и стал смотреть на ее лицо. А действительно ли он любит эту женщину или ему это только кажется? А любит ли она его? Их связали вместе необычные обстоятельства. Не случись они, как бы развивались их отношения? Совершенно неожиданно в его воображении обрисовалось лицо Гарри. Причем тут он, подумал Лобанов, я же размышлял совсем о другом. И внезапно он осознал, в чем причина появление образа этого по сути дела незнакомого ему человека. Гарри тревожится за него, предупреждая его об опасности, значит он, Лобанов, чем-то дорог ему. Если бы он мог бы связаться с этим белобрысым иностранцем, он бы попросил его больше этого не делать, дабы не подвергать себя риску. Но у него нет на переводчика никакого выхода.
Лобанов снова посмотрел на Натали и увидел, что за то время, что его мысли переключились на Гарри, она, словно недовольная этим обстоятельствам, отвернулась от него. Лобанов едва слышно вздохнул и стал продолжать чистку оружия.
Натали спала часа два. Лобанов несколько раз хотел ее разбудить, чтобы вместе отправиться к месту поисков, подходил к кровати, но так и не решился прервать ее сон.
Внезапно раздался телефонный звонок, Лобанов стал отсчитывать количество трелей, но их оказалось больше, чем три. Значит, это звонил не Гарри. И вдруг он понял, что трезвонил не его телефон, у его телефона голос более низкий. Он открыл сумочку Натали и увидел в ней телефонный аппарат.
Он поднес его к уху и сказал «Алло». Но звонки уже стихли. Зато Натали открыла глаза.
— Я кажется заснула и нарушила твои планы. Извини.
— Твой телефон звонил.
— Да? Странно, я не жду никаких звонков. Ты успел узнать, кто?
— Нет, когда я взял телефон, он уже перестал звонить.
— Скорей всего случайный звонок, у тебя тоже такие были. Петр сказал, что здесь мобильная связь работает плохо.
— Скорей всего так и есть. Уже поздно и коли мы не поедем к тому месту, что мы будем делать? — спросил Лобанов.
Натали задумалась.
— А давай устроим пир вдвоем. Надо сходить в станицу, купить недостающие продукты, вино. Ты пойдешь, а я начну все готовить. Хочешь я тебе составлю список, что нужно приобрести. Нет возражений?
— Нет, — улыбнулся Лобанов. Он вспомнил, что такие списки составляла для него жена. Все женщины во многом похожи друг на друга независимо от того, крестьянки они или баронессы. А в общем это не самая плохая идея, почему бы действительно не устроить маленькую пирушку перед последним броском. Может быть, это поможет успокоить нервы, в последние дни они у него немножко расшатались. Что, впрочем, не удивительно, учитывая события, которые произошли и которые очень возможно произойдут в самом ближайшем будущем.
Путешествие в станицу и обратно заняло у него полтора часа. Пока он ходил по деревенским улицам, покупал продукты на маленьком местном рынке, то постоянно находился под обстрелом чужих глаз. Одни станичники смотрели на него вполне благожелательно и даже дружелюбно, другие же — не скрывали неприязни и даже враждебности. Если он тут останется, завоевать доверие этих людей будет непросто, вдруг пришла к нему шальная мысль.
Когда он вернулся, то увидел, что Натали полностью поглощена приготовлением к их пиру. Она взглянула на него.
— Ты очень даже вовремя, мне нужна твоя помощь. Все спокойно?
— Если не считать того, что пока я бродил по станице, то не меньше дюжины людей бросали на меня взгляды, словно хотели меня разорвать на части, то все абсолютно спокойно.
— В таком случае будем считать, что все идет замечательно.
Вечер бесшумно опустился с небес и накрыл черным бархатом окрестности. Они сели за стол. Натали постаралась на славу, и он получился вполне красочным. Главным же его украшением стал большой букет, купленный Лобановым на базаре и только что торжественно им врученный.
— Слушай, — сказал он, с аппетитом жуя, — я даже не предполагал, что баронессы так отлично готовят. Или это только ты такое замечательное исключение?
— Это все Дмитрий Львович, он настаивал, чтобы я умела бы все делать своими руками, как самая обыкновенная, не титулованная женщина. Он считал это неотъемлемой частью нашего воспитания. Правда с Иннокентием ему меньше повезло, его было трудно что-то заставить делать. Особенно руками. Да и головой.
— И вот печальный результат.
— Что ты думаешь о завтрашнем дне?
— У меня есть предчувствие, что он станет решающим во всей этой забавной истории.
— Ты не боишься?
