Та отрицательно мотнула головой, отчего ее светлые волосы рассыпались по плечам.
– Да нет, спасибо. А ты работаешь в стриптизе? – полюбопытствовала Челси.
Джэнет кивнула, невинно улыбаясь.
– Я уже сказала, работа есть работа. На сцене или перед камерой. Какая, к черту, разница? – ответила она, сунув в рот жвачку. – Ты всегда обязана выполнять то, что тебе прикажет этот хренов режиссер. А потом тебе присылают чек. Все очень просто. Ведь так? Я права? Абсолютно все равно, чем тебе приходится заниматься.
«И вовсе не все равно», – подумала Челси. Она никогда не изменяла своим возвышенным идеалам в отношении театра. Начиная со школьной скамьи, когда Челси получила первую премию за драматическое мастерство, она трудилась в поте лица, чтобы стать профессиональной актрисой. Хотя, пожалуй, она скорее употребляла этот титул в разговорах со своими родителями-баптистами, жившими в Оклахоме. Она сознавала, что гонится за мечтой, не дающей покоя миллионам таких же, как она, – когда-нибудь стать звездой.
Челси сыграла в нескольких школьных постановках и заслужила почетную репутацию лучшей актрисы в колледже. Стены ее маленькой квартирки на Манхэттене были увешаны многочисленными грамотами, призами и наградами, полученными Челси в нескольких школьных и местных любительских театральных коллективах. Итак, вскоре после окончания университета в Сан-Марко на юго-западе Техаса двадцатисемилетняя драматическая актриса и местная знаменитость решила переехать в Нью-Йорк, центр вселенной для фанатиков театральной сцены.
За последние три года ей удалось сыграть несколько эпизодических ролей в плохоньких театрах, работая днем официанткой, барменшей, продавщицей в одном из больших городских универмагов и еще много кем, чтобы собрать хоть немного денег на квартирную плату и еду. Даже снимая квартиру вместе с подругой, она еле-еле сводила концы с концами. Она настойчиво участвовала во всех возможных прослушиваниях. Ее агент, лысый коротышка по имени Майрон Коэн, все-таки верил в ее талант или только говорил, что верил. По крайней мере он делал все, что мог, открывая для нее доступные ему двери. К сожалению, Челси была одной из тысяч, что вновь и вновь вступают в соревнование друг с другом за те крохи, которые перепадают с барского стола.
Челси и Джэнет болтали больше часа, пока кандидаты один за другим поднимались на сцену продемонстрировать все, на что они способны. Некоторые из них задерживались дольше остальных. Другие выбегали в слезах, среди таких были и мужчины. Если Джун Рорк задавала кому-нибудь вопрос, тогда счастливец, удостоившийся подобной чести, покидал подмостки, сияя от счастья в надежде, что его заметили. Питающие надежды с нетерпением ждали окончания процедуры. Но чем дольше длилось ожидание, тем мучительнее становилось напряжение.
– Джэнет Берроуз! – раздался голос Карла Мэджиниса.
Джэнет вскочила и бросилась к сцене.
– Я здесь!
– Челси Дюран! – снова выкрикнул Карл в толпу ожидавших. – Ты следующая.
– Здесь, – отозвалась Челси и направилась к Карлу получить мятый листок с текстом, гадая, доведется ли ей еще когда-нибудь держать в руках страницы пьес Артура Трумэна.
Челси и Джэнет из-за кулис наблюдали за тем, как какой-то молодой человек читал в паре с Коди Флинном. Коди произносил реплику за репликой подобно телеведущему, монотонно и бесстрастно. Но юноша, читавший с ним, был действительно хорош: среднего роста, черноволосый, с горящими щеками. Его интонации были идеально отработаны и изысканны. Он произносил реплики, почти не заглядывая в текст, будто заранее заучил их наизусть. Джун Рорк ни разу его не остановила, пока он не дочитал отмеренный текст до конца.
Челси услышала, как жесткий женский голос спросил из зала:
– Мистер… Кэллоуэй?
– Да, Брайан Кэллоуэй. – Молодой человек повернулся в направлении голоса и приложил руку к глазам, защищаясь от мощного света прожекторов.
– Вы где-нибудь работаете в дневное время? – спросил тот же голос.
– Да, – ответил Брайан. – Преподаю сценическую речь и основы драматического искусства в одной из школ Бронкса.
– Насколько ваше расписание допускает возможность другой работы? – гулко звучал женский голос в стенах театрального зала.
– Мое расписание достаточно гибкое, поскольку у меня есть ассистент.
– Спасибо, мистер Кэллоуэй. – И все было окончено.
Молодой человек поклонился в темноту и удалился за кулисы.
– Отличная работа, Брайан. – Джэнет ущипнула его за локоть, когда он проходил мимо. – Я просто уверена, что тебя пригласят.
Брайан остановился и с улыбкой взглянул на жующую резинку девушку.
– Привет, Джи Би! Рад тебя видеть. Ну-ка теперь ты покажи им, как следует!
– Следующий! – выкрикнул все тот же жесткий голос из темноты зала.
Джэнет кивнула Челси и, скрестив два пальца, уверенно двинулась на сцену испытывать свою судьбу. Когда она остановилась около Коди Флинна, у нее подкосились ноги.
Коди изобразил улыбку, приветствуя появившуюся на сцене Джэнет. Он вытер ладонью губы и бесстрастно-монотонным голосом принялся читать полагающуюся реплику:
– Кэсси. А вот и ты. Твоя мать и я разыскивали тебя.
