Кислов промолчал. Жадно досасывая сигарету, он смотрел за окно машины — песочница, детишки качаются на скрипучих качелях, сидят бабки на лавках, гуляют старички с собачками, читают газеты пенсионеры, считает медяки компания выпивох. Один держит в руке сетку с пустыми бутылками и, видимо что-то доказывая приятелям, время от времени встряхивает ее, отчего бутылки тонко звенят.
Подошел Витек Жедь, открыл дверцу, тяжело плюхнулся на сиденье рядом с Олегом.
— Ну? — повернулся к нему Аркадий.
— Нормально, — отдуваясь, ответил Витек. — Вызывать я никого не стал, за дверями тихо.
— Не ждут, — криво усмехнулся Лыков.
— Почему сегодня никого не вызвали? — завозился сидевший за рулем Ворона. — Вляпаемся, ей-богу, вляпаемся.
— Не каркай, — оборвал его Аркадий. — Нельзя без конца разыгрывать одну и ту же карту, понял? Комбинировать надо, новое изобретать. Кстати, скажи-ка лучше, где ты раздобыл такой рыдван?
Он похлопал ладонью по обтянутому самодельным чехлом сиденью и презрительно двинул коленом по облезлой дверце. Машина и вправду имела непритязательный вид — старенькая, давно не крашенная, с продавленными сиденьями.
— Зато на ходу зверь, — осклабился Анашкин. — Хозяин ее лижет, сам движок перебрал. На этой тачке фору любой волжанке дадим. Разве плохо докатили?
— Не хватятся? — зевнув, спросил Жедь.
— Нет, — небрежно отмахнулся Ворона.
— Сегодня пойдем втроем, — поправляя оружие, засунутое за пояс брюк, распорядился Лыков. — Жедь остается в машине и ждет нас. После дела отгоняем тачку и немедленно пересаживаемся. Двор, где ее брали, хорошо помнишь?
— Не заплутаем, — заверил Витек. — Только не копайтесь там, быстрее поворачивайтесь.
— Не зуди под руку, — огрызнулся Лыков, открывая дверцу…
Осторожно сдвинув заслонку дверного глазка, Хомчик приник к отверстию, напряженно разглядывая стоявшего у дверей человека в штатском костюме.
— Кто там? — свистящим шепотом спросила за спиной жена.
— Участковый, — прикрыв глазок ладонью, обернулся Рафаил.
— Не открывай!
— Участковый! — покрутив пальцем у виска, укоризненно поглядел на нее муж. — Он уже приходил в связи с нашим отъездом.
— Вот видишь, он уже приходил, — зачастила жена, — а зачем теперь? Что ему надо?
В дверь снова позвонили. Рафаил отнял от щеки полотенце и поглядел на оставшуюся на ткани полоску крови — щеку немилосердно саднило. Открывать или нет?
— Как ты узнаешь, что ему надо, если не откроешь? — резонно возразил он. — Не откроешь сейчас, так он придет снова.
— Нас дома нет! — Она сдернула с носа очки и, забрав из рук мужа полотенце, вытерла потное лицо. — Может нас не быть дома? А если с ним
— С участковым? — Рафаил Яковлевич опять приник к дверному глазку. — Тогда это просто кошмар.
— Вспомни фильм про милицию, — настойчиво бубнила за спиной жена, — там тоже представлялись милиционерами, и у Лушина…
— Кто там? — не выдержал Хомчик, когда снова позвонили.
— Рафаил Яковлевич? — донеслось из-за двери. — Это я, ваш участковый, Бойко. Открывайте, не беспокойтесь.
— Вот видишь. — Немного поколебавшись, Хомчик открыл дверь.
К его удивлению, вместе с участковым в прихожую во шли еще несколько человек в штатском.
— Товарищи из уголовного розыска, — успокоил Бойко. — Им надо с вами поговорить.
— Да, пожалуйста, проходите, — сделал слабый жест хозяин, указывая на двери, ведущие внутрь квартиры. — Только прошу извинить, мы готовимся к отъезду.
— Ничего, — заверил его один из пришедших, — это нам не помешает.
Бойко успокаивающе улыбался, а у Хомчика кошки скребли на душе — неожиданный визит показался ему вдруг еще более худшим бедствием, чем внезапное появление бандитов. Недаром, видно, он видел сегодня странные сны — с грязными дорогами, залитыми гнилой водой колдобинами и застрявшими повозками, которые никак не могли вытянуть ослабевшие, измученные лошади. Господи, неужто сон в руку и он тоже застрянет?
— Давайте поговорим? — устроившись на табурете, предложил Купцов.
— Давайте, — согласился Хомчик и присел на чемодан. — А что, собственно, случилось? О чем будем говорить?
— У нас есть данные, что на вашу квартиру может быть совершено разбойное нападение. Поэтому мы здесь, — объяснил Иван.
— На нас? — сумел почти искренне изумиться хозяин. — Помилуйте, но с чего вы взяли? Я, конечно, не берусь судить о достоверности сведений, которыми вы располагаете, но все же… Хотелось бы, знаете ли, услышать некоторые разъяснения. Тем более у нас сегодня поезд.
— Вечером? — уточнил один из вошедших в комнату оперативников.
— Да, — подтвердил Хомчик. — Вы хотите провести все время до отъезда вместе с нами? Очень мило с вашей стороны.
— Не надо, Рафаил Яковлевич, — чуть поморщился Купцов. — Вы же умный человек и все прекрасно понимаете. Знаете, что случилось у Котенева, знаете, какие события произошли в квартире вашего знакомого Александра Петровича Лушина, и потому собрались в отъезд. Давайте, как говорится, сядем рядком и поговорим ладком.
— О чем?
