Едва когтистые лапы коснулись земли, как чудовище обернулось статным бородатым мужчиной в черной мантии, украшенной золотыми звездами. Сложив руки на груди, Ксальтотун ждал гостей.
Над вершиной ближайшего холма взмыл черный стяг с красной кляксой и на холм поднялся всадник, который мог привидеться лишь в кошмарном сне. На сгнившей, но оживленной неведомым колдовством лошади восседал некто тощий, подобный стигийской мумии, с белыми волосами и бледной кожей, обтягивающей тугие мышцы. Полыхающие синим огнем глаза уставились на Ксальтотуна. Следом на холм поднялись и обычные лошади, на которых восседали гиперборейцы в доспехах и при оружии. И, наконец, на холм взошел исполинский единорог, поросший белой шерстью. На его спине, облаченная в белое одеяние, восседала королева Вамматар. Взгляд ведьмы остановился на Ксальтотуне и жуткая улыбка раздвинула ее губы.
Ксальтотун спокойно ждал, все также скрестив руки на груди, смотря на приближавшихся чудовищ - и каждый шаг их все более замедлялся, пока вся орда не остановилось в десяти шагах от колдуна. Ксальтотун спокойно посмотрел на королеву Гипербореи.
-Будущей императрице не пристало ездить со столь малой свитой, - произнес маг.
-Мое войско занято сейчас в иных местах,- пожала плечами королева,- а я торопилась. Но если столь малый эскорт оскорбляет вас, что же…
Она медленно развела руки и что-то прошептала. Серые глаз вдруг налились синевой, волосы будто враз поседели и меж них проклюнулись небольшие рожки. Вамматер прошептала еще несколько слов и вздела руки ладонями вверх, не сводя взгляда с колдуна.
Под ногам Ксальтотуна вздрогнула земля – сначала слабо, почти незаметно, потом все сильнее. С вершин холма посыпались смерзшиеся комья, почва вокруг вздыбилась небольшими холмиками и из них, словно уродливые черви, начали ползти мертвецы. Из-за холода они неплохо сохранились – от живых их можно было отличить лишь по комьям земли, прилипшим к бледной коже, да глубоким ранам на горле, сквозь которые проглядывали позвонки. В ввалившихся глазницах мерцали ярко-синие огоньки. Молча, покачиваясь словно сомнамбулы, мертвецы двинулись вперед, толпой окружая колдуна.
Ксальтотун не знал, помнили ли мертвые рабы, чья рука перерезала им горла, дабы пролитая кровь укрепила наложенные на башню могучие чары. Да его это и не волновало: его рука нырнула в складки одеяния и появилась снова, держа небольшой шар, сияющий ослепительно белым пламенем. Ксальтотун покачал его в руке и швырнул об землю. Последовала яркяа вспышка, на миг заставившая зажмуриться даже Вамматар. Когда она вновь открыла глаза, вместо обступивших мага мертвецов вокруг него валялись лишь обугленные рассыпающиеся костяки.
- Мне показалось, что это великому магу негоже ставаться без свиты,- как ни в чем не бывало, продолжила Вамматар, приняв свой обычный облик - неужели ты живешь тут один.
-Немногие желают жить здесь,- усмехнулся колдун,- но я не одинок. Помнишь Ораста?
Из ворот вышел ученик колдуна, коротко склонивший голову перед королевой,. Следом вышли два странных человека - низкорослые, смуглые люди с красноватыми раскосыми глазами и острыми белыми зубами.
-Расстрига,- пренебрежительно пробормотала Вамматар и повернулась к Ксальтотуну,- мы будем говорить у ворот?
-Мои слуги укажут место твоей свите,- сказал маг,- а ты следуй за мной.
Он развернулся и вошел в ворота башни. Вамматар, поколебавшись, спрыгнула со спины единорога и двинулась за колдуном.
Стены обширного чертог а покрывали черные шпалеры с вышитыми золотыми змеями. В очега полыхал призрачно-зеленый огонь, освещавший зал, но почти не дававший тепла. Но это мало беспокоило обоих магов: сидевший на троне с львиными лапами Ксальтотун и восседавшая напротив него Вамматар, похоже, совсем не чувствовали холода. Стоявший за спиной ахеронца Ораст изрядно мерз, но не смел показать недовольство, пока оба колдуна, потягивая темно-красное вино из хрустальных бокалов, вели неторопливую беседу.
-Здешние придумали столько жутких сказок об этой горе,- говорила Вамматар,- но владыки Гипербореи знают, что правда страшнее любых крестьянских баек. Мои предки немало натерпелись от владык Ахерона - и никто в Гипеборее не рад, что у наших границ вновь стоит ахеронская крепость. Разве мы враги, пифонец?
- Скажи сама мне об этом,- усмехнулся Ксальтотун,- у меня не меньше повода для тревоги. С Севера идут странные слухи, не менее жуткие, чем то, что рассказывают об Ахероне. А внизу я увидел, что эти слухи правдивы.
-Величайший из чародеев боится северного шаманства,- Вамматар покривила губы,- не думала, что ты столь впечатлителен, Ксальтотун.
