Валентина нервно переминалась возле кабинета директора школы доктора Линебери. Наконец, та открыла дверь и пригласила ее войти. Последние сомнения и надежды отпали, когда она увидела подтянутую фигуру в форме ИФ. Это был полковник, он спокойно сидел в одном из комфортабельных директорских кресел.
— Вы — Валентина Виггина, — спросил он.
— Да, — прошептала она.
— Я — полковник Графф. Мы уже встречались раньше.
— Раньше?
«Господи, когда же мне уже приходилось иметь дело с ИФ?»
— Я бы хотел поговорить с тобой конфиденциально, по поводу твоего брата.
«Значит, наследила не я, подумала Валентина. Им нужен Питер. Или они задумали еще что-нибудь? Может он совершил очередное безумство? Я полагала, что он покончил со всеми своими зверствами».
— Валентина, по-моему ты перепугалась. Поверь, здесь нет ничего серьезного. Пожалуйста присядь. Я заверяю тебя, что с твоим братом все в порядке. Он превзошел все наши ожидания.
Вместе с волной облегчения накатилась горечь воспоминаний. «Так значит речь идет о Эндере. Эндер. Господи, значит никакого наказания не грозит, причина их появления — маленький Эндер, который исчез много лет назад и с тех пор перестал быть жертвой Питера. Ты счастливый, Эндер. Ты исчез раньше, чем Питер успел втянуть тебя в свою аферу».
— Что ты думаешь о своем брате, Валентина, что ты чувствуешь по отношению к нему?
— Эндеру?
— Конечно.
— Что я могу чувствовать? Я ничего не слышала о нем и не видела его с тех пор, как мне исполнилось восемь.
— Доктор Линебери, надеюсь, вы извините нас?
Линебери была в ярости и раздосадована.
— Я чувствую, доктор Линебери, что Валентина и я поговорим более продуктивно, если немного погуляем. В саду возле школы. Подальше от этих электронных устройств, которые ловят каждое слово.
Впервые в жизни Валентина видела Линебери настолько шокированной, что у нее не нашлось слов для возражения. Полковник Графф немного сдвинул картину, висящую на стене, в ней оказалось маленькое отверстие, прикрытое тонкой чувствительной мембраной. Все без труда узнали маленький встроенный микрофон.
— Дешевый, — сказал полковник, — но очень эффективный. Я думал вы в курсе.
Линебери выдернула микрофон и с озлобленным лицом упала в кресло. Полковник и Валентина вышли из кабинета.
Они прошли к футбольному полю. Солдаты из окружения полковника следовали за ними на почтительном расстоянии; словно по команде они разошлись и образовали большой круг, медленно обходя его, они несли по нему почетный караул.
— Валентина, нам необходима твоя помощь, в ней очень нуждается Эндер.
— Какая помощь?
— Мы не совсем уверены. Именно ты должна помочь нам выяснить, что за помощь ему необходима.
— Что случилось?
— Это тоже своеобразная проблема. Мы не знаем.
Валентина ничем не могла помочь, поэтому просто рассмеялась.
— Я не видела его более трех лет, все эти годы он был с вами!
— Валентина, мой перелет сюда из Школы Баталий стоит намного больше денег, чем твой отец сможет заработать за всю свою жизнь. Мне не хотелось бы ссориться.
— У короля была мечта, — сказала Валентина, — но он забыл в чем ее суть, поэтому он призвал мудреца и повелел ему выяснить суть этой мечты, иначе он будет казнен. Только Даниил смог разгадать ее, потому что он был пророк.
— Ты читала Библию?
— Мы будем проходить ее в этом году, в курсе английского. Но я все равно не пророк.
— Мне хотелось бы рассказать тебе все о деле Эндера, без утайки. Но это займет часы, возможно дни, кроме того ряд моментов носит секретный характер и не подлежит разглашению. Значит так, давай договоримся, я расскажу тебе все, что смогу в рамках ограничения информации. У наших студентов есть одна игра, компьютерная игра.
И он рассказал ей о Конце Света, замкнутой комнате и изображении Питера в зеркале.
— Но если это компьютер поместил в игру изображение Питера. То почему не обратиться с запросом прямо в компьютер?
— Компьютер не знает ответа.
— Вы полагаете, что знаю я?
— Уже дважды, находясь у нас, он доводил эту игру до смертельного конца. Казалось, что данная игра вовсе не имеет решения.
— Он нашел уже однажды выход из безвыходной ситуации?
— Случайно.
— Тогда дайте ему время, он справится и со второй ситуацией.
— Я не уверен в этом. Валентина, твой брат — очень несчастный маленький мальчик.
— Почему?
— Я не знаю.
— По-моему, вы не слишком много знаете, правда?
На секунду Валентине показалось, что ее слова разозлят полковника. Вместо этого он рассмеялся.
— Нет, совсем немного. Валентина, как ты думаешь, почему Эндер видит Питера в зеркале?
— Он не должен. Это же глупо.
— Почему глупо?
— Потому что, если и есть кто-нибудь, столь противоположный Эндеру и не совместимый с ним, так это Питер.
— Каким образом?
Валентина не знала, как ответить, любой ответ выглядел слишком опасным. Слишком сомнительным был вопрос о том, представлял ли Питер смертельную опасность. Валентина достаточно знала об этом мире, чтобы понять что никто не воспримет всерьез планы Питера о мировом господстве, а тем более как угрозу существующим правительствам. И они абсолютно верно решили, что он просто сумасшедший и не годится для них.
