— Я ничего подобного не писал! — орал Бернард.
Шум и крик продолжались уже довольно долго, когда в дверях появился Дэп.
— О чем шумим? — спросил он.
— Кто-то посылает сообщения, используя мое имя. — Бернард был мрачен.
— Какие сообщения?
— Не важно.
— Для меня важно.
Дэп подхватил ближайший комп, принадлежавший мальчику, который занимал койку над койкой Эндера. Прочел, слегка улыбнулся и возвратил комп хозяину.
— Интересно, — сказал он.
— И вы не собираетесь выяснять, кто это сделал? — вспыхнул Бернард.
— А я это и так знаю.
«Да, — подумал Эндер. — Систему слишком легко взломать. Она и рассчитана на то, чтобы ее взламывали, хотя бы частично. Они знают, что это я».
— И кто же? — заорал Бернард.
— Ты кричишь на меня, солдат? — вкрадчиво уточнил Дэп.
И мгновенно настроение в комнате изменилось. Ярость дружков Бернарда и плохо скрываемое злорадство остальных сменились трезвым спокойствием. Власть собиралась говорить.
— Никак нет, сэр, — поджал хвост Бернард.
— Всем известно, что система автоматически вставляет имя автора.
— Но я не писал этого! — вновь завопил Бернард.
— Кричишь? — поднял брови Дэп.
— Вчера кто-то создал послание за подписью Бога, — сообщил Бернард.
— В самом деле? — удивился Дэп. — Я и не знал, что Он подключается к нашей сети.
Дэп повернулся и вышел из захлебывающейся хохотом комнаты.
Попытка Бернарда стать королем провалилась — его покинули все, кроме горстки самых преданных шестерок. И самых жестоких. Поэтому Эндер знал: пока не закончится период выжидания, ему придется туго. Но взлом системы сделал свое дело. Бернард вынужден был держаться в рамках, и теперь все ребята, которые хоть чего-то стоили, вышли из-под его влияния. И — что было лучше всего — Эндер добился этого, не отправляя противника на больничную койку.
Новый способ понравился ему куда больше, и он с чистой совестью занялся следующим важным делом — изобретением системы защиты для собственного компа. Встроенные программы, совершенно очевидно, никуда не годились. Если их мог расколоть шестилетний ребенок, значит их поставили туда как игрушку, а не как настоящее средство защиты. «Еще одна игра, придуманная для нас учителями. Но в эту игру я играю хорошо».
— Как ты сделал это? — спросил его за завтраком Шен.
Эндер про себя отметил, что впервые залетный из его класса сел с ним за один стол.
— Что именно?
— Послал записку под фальшивым именем. И подписался Бернардом! Это было здорово. Его теперь зовут Задоглядом. При учителях — просто Глядящим, но все же знают, куда он глядит.
— Бедный Бернард, — пробормотал Эндер. — Он такой нежный, такой чувствительный.
— Кончай, Эндер. Ты взломал систему. Расскажи, как ты это сделал?
Эндер покачал головой и улыбнулся:
— Спасибо, что считаешь меня таким уж гениальным. Я просто первым заметил то послание, вот и все.
— О’кей. Можешь не объяснять, — согласился Шен. — Но все-таки это было здорово. — Помолчав, он добавил: — Я что, действительно виляю задом, когда хожу?
— Не. Ну разве что совсем немножко, — успокоил его Эндер. — Просто делай шаги покороче, вот и все.
Шен кивнул.
— Но единственным, кто обратил на это внимание, был Бернард.
— Он свинья, — сказал Шен.
— Свиньи в целом вполне даже нормальные, — пожал плечами Эндер.
— Ты прав, — рассмеялся Шен, — я к ним несправедлив.
Эндер засмеялся следом, и еще двое залетных подхватили их смех. Одиночество Эндера подошло к концу. Но война только начиналась.
