— Впереди машина, — я остановил летящий впереди нас квадрокоптер, заставив его зависнуть на одном месте, показывая мою находку.
Если бы не ярко-оранжевый цвет и следы на траве, вряд ли бы я её заметил: машина слетела с дороги и, пропахав придорожные кусты, врезалась в дерево, и теперь из-под него виднелся только небольшая часть багажника.
— Внимание, впереди разбившиеся тачка, осторожнее, если ехавшие в ней люди превратились в заражённых, то вполне возможно, что они болтаются где-то рядом. Надо быть настороже, обойти машину через лес мы не сможем, так что нас по любому заметят, надо быть готовыми к засаде.
— Пустим вперёд Тузика, проверим, может на него кто-то среагирует.
— Если там заражённые или зомби, то вряд ли, Тузик для них что пустое место, ну, или максимум, большой куст перекати-поля, невкусный и бесполезный. Можно пустить его по дороге, а самим обойти по лесу, но вдруг там кто-то другой, не хотелось бы терять нашего механического пёселя на ровном месте.
— А через глаза ничего не видно?
Я отрицательно покачал головой:
— Только небольшой кусок машины и всё, ни движения, ни звуков. И вообще как-то в лесу тихо. Самый разгар лета, а тут тебе ни комаров, ни мошкары, ни слепней, хотя неделю назад их полно было. Даже птиц нету, впрочем, после последней встречи с ними, я не больно по ним скучаю. Похоже вокруг исчезла обычная жизнь, остались одни агрессивные мобы, а в таких местах, где их нет, вообще никого нету.
— Мне интересно, — Спросил сам себя Зубр, — хрен, который всё это придумал, учёл, что при отсутствии насекомых, многие растения не смогут размножаться, не будет растений и животных? Да и с кислородом будет напряг.
— Ну, кислород не сильно зависит от этих растений, большая его часть образуется морскими водорослями, да у нас в тайге он ещё неплохо образуется, а всякая пышная тропическая растительность сколько днём отдаёт кислорода, столько же ночью поглощает. А вот отсутствие нормальных насекомых птиц и зверей — это реально проблема. Даже если мы когда-нибудь победим, и какая-нибудь десятая часть процента людей выживет, мы можем остаться на совершенно пустой планете. Конечно, всякие одноклеточные водоросли из-за отсутствия комаров никуда не денутся, но большинство окультуренных растений сгинет без следа и это будет ещё один фатальный удар по нам.
— Так, хорош строить такие далеко идущие выводы на основании столь малых данных, давай лучше за дорогой следи.
— Слежу, мы почти уже на месте. Никакого движения. Давай, я вперёд, ты прикрывай спину.
