— Я не убивал твоего отца. Там, в Склепах Беренхеля, я встретил нечто с его сердцем в груди и серпами Немерона в руках, которые их создатель позже пытался подсунуть мне. Твое служение закончилось в тот миг, когда это создание погибло.
Чужак, опустив руку, снова посмотрел на нее, и громко спросил:
— Ты готова служить мне или хочешь и дальше прислуживать убийце твоего отца? Я жду. Смерть во имя этого труса и обманщика или служение мне, чтобы, набравшись сил и ума, когда-нибудь поквитаться с той тварью, называющей себя богом. Решай, здесь и сейчас.
Друзья работа над этой главой отняла огромное количество времени и сил у Автора и команды редакторов и всем нам хотелось бы узнать как она вышла. Буду благодарен всем тем кто поделится своим мнением о на писаном. Ваш Автор.
1682 г. Вокруг произвол и беззаконие. Стрелецкий бунт? Не можешь предотвратить — возглавь! Но на своих условиях. Лично воспитаю Петра — или погибну снова
https://author.today/reader/475541/4451330
Эпилог
Медж, сидя на поваленном бревне, неспешно потягивал курительную трубку, прихлебывал вино из стоявшего рядом кувшина и слушал друга.
— … Я еще когда решил идти коридором, проплавленным «светлячком», понял, что средств слежения у нее там нет. Черная стрелка компаса, помогавшая в Топях прятаться от врагов, сразу вытянулась, а до этого постоянно вращалась показывая что за мной наблюдают. Понятно, что центральный алтарь охраняют по максимуму, и схватка выйдет жесткой. Поэтому решил подстраховаться, использовав двойника, а чтобы он не рассыпался через пару минут и мог действовать максимально эффективно, наложил на него все камни-усилители, что выросли в моем Саду камней под воздействием Дара небес. Время дождаться активации карты, замедлившейся под усилением, у меня было — специально еле переставлял ноги перед входом в тоннель.
Напарник бездумно покрутил в руках свою порцию «лекарства», глядя куда-то в пустоту, и продолжил:
— Дальше было проще: Амулет темного гостя, соскользнуть в тень двойника, фактически использовав его не только как громоотвод, но и в качестве носильщика. Правда, чуть не вывалился обратно, когда тот вышибал дверь, такая мощная вспышка была. Потом, когда они со стражем зала воевали, я осторожно перемещался из тени в тень, подбираясь к источникам силы. Ну а затем…
Рэн, припав к кувшину с вином, сделал большой глоток и надолго замолчал. Напряжение прошедшей схватки все никак не отпускало.
Он появился в Топях меньше часа назад, благо Храм Костей сохранил четкую настройку на мир, из которого его выдернула Нидейлина, оставалось лишь найти эхо сработавшего переноса и, ориентируясь на него, вернуться к месту нападения Керумера. Где он и встретил Меджа с частью клана, отказавшихся далеко уходить, и размышлявших над тем, как бы им открыть проход в то пространство, куда затянули их лидера. И готовых подстраховать его по возвращении.
— Хвала Хаосу, эта дура не успела задуматься, почему это я, в смысле двойник, в последней атаке ринулся на голема с когтями ассирэя, а не с мечом, которым все это время сражался. В прочем, на это и был расчет: я уже успел заметить, что она быстро теряется в случае неожиданных изменений, и постарался не дать ей времени размышлять, что и куда пропало.
— А как ты выдержал откат от уничтожения копии? — уточнил старый кот. Сделав долгую затяжку, он задумчиво выдохнул пару колечек дыма, прищурился и рефлекторно дернул ухом, отбрасывая пришедший на ум вариант. — Всегда недолюбливал подобные карты за их проклятую отдачу, что ломает тебя не хуже удара вражеского заклятья, да еще и в самый неподходящий момент, — проворчал он сплевывая.
— Да отозвал просто, как только вышел на дистанцию удара, — пожал плечами Рэн, любуясь клубами табачного дыма, медленно растворяющимися в воздухе. — Потому и не словил откат конкретно за смерть призыва. А остальное сняла заранее активированная
