А Газарах, или кто там сейчас сидит в цитадели, серьезно потратился. Они явно ждали его: столько хорошо подобранных связок ударных карт и уникальных артефактов, рассчитанных на армию Смерти. Ну что ж, он дал им ее, правда, не совсем ту, что они ожидали. Пускай растратят свои карты и силы, прежде чем он пошлет в бой уже свои отряды…
Носорог завяз, его бег почти остановился. Сотни кораблей, ставших на его пути, жертвуя собой, выиграли главное — время и возможность для маневра. Массивные туши дредноутов и линкор, мрачно взиравшие, как гибнут их малые собратья, наконец сказали свое слово, обойдя Первого по бокам и взяв его в полукольцо. Тихо поскрипывая, развернулись башни главных калибров, ударив практически в упор. Массивные болванки, призванные проламывать борта и палубы стальных гигантов, врезались в бок и ноги. Голова камнерога резко дернулась, и во все стороны полетели осколки костей и ошметки плоти. Массивная нога подломилась, больше не способная выдерживать колоссальный вес, навылет пробитая одним из снарядов. Пластины брони, покрытые древними символами, не справившись с градом ударов и бронебойными снарядами, осыпались с тела…
Первый, поняв, что его вместилище не выдержит нового залпа, яростно взревел и вскинул разбитую голову к небесам. Его рог засветился, посылая вокруг множество ярких волн могильно-зеленого цвета, хлестнувших по окружавшим властителя территории кораблям… и те начали опадать, рассыпаясь в прах, из которого вернулись благодаря силе чар страницы великой Книги. Казалось, еще миг, и древний Охотник одержит победу, а затем восстановит свою плоть, но… Яркий синий росчерк — и с небес сломанной птицей рухнул космический корабль, дальний разведчик, однажды отправившийся в полет в поисках новых миров, но нашедший лишь свою смерть на дне Топей. Он не нес на себе оружия, ведь его создатели верили в доброту и милосердие разума. Он сам стал оружием, нанеся последний удар. Череп носорога, и без того пострадавший от выстрелов в упор, от столкновения с космическим кораблем разлетелся на мелкие куски. Черно-зеленая масса, бывшая когда-то мозгом, кости черепа и, самое главное, рог — все это раскидало в разные стороны.
— Приготовиться, — скомандовал наг.
Архиличи, и без его команды бывшие наготове, резко вскинули руки, когда из туши поверженного гиганта выскользнуло нечто, едва уловимое для глаз, и дернулось в сторону, пытаясь сбежать. Крохотный белоснежный мотылек мчался, спасая свою жизнь. Вместилище разрушено, а его сущность сейчас крайне уязвима. Возникшую перед ним ловушку он успел заметить в последний миг, прянул в сторону, изменил форму, попытался соскользнуть на астральный план… но багряные нити продолжали все туже сплетаться, окружая его. Он боролся, вспышка света, еще и еще. Одна часть нитей истаяла, но на их месте возникли новые, перекрывая пути бегства. Он воззвал к создавшему его, но не услышал ничего кроме тишины. Кто-то закрыл для него даже этот путь. Возникшая вокруг него клетка из костей стала лишь завершающей точкой. «Угнетение», «поглощение», «таяние сил». Руны, вырезанные на пожелтевших костях, вместе составляли слова силы, полностью лишая его воли и вытягивая энергию.
Окончательно обессилив, он упал, поддавшись навалившемуся на него сну.
Клетка, поднявшись в воздух, быстро помчалась к творцам заклинания, незаметно скрывшись в покрытом мхом и лишайником холме.
— Это твое, — наг протянул клетку с заточенным в ней Первым Баграшу, и тот, приняв ее, довольно кивнул.
— Плата принята, договор исполнен. С вами приятно сотрудничать, Владыка Шепчущий. Но должен заметить, что вы идете на большой риск. Спящий однажды может проснуться, а затем поинтересуется судьбой своих детей.
— Тогда ты будешь первым, к кому он придет, — наг кивнул на клетку.
— Я лишь получил плату за свои услуги, — пожал плечами ритуалист. — Не я разрушил вместилище и не я затем пленил, эта другая степень рисков. Тлат’Нок придет к тому, кто это все организовал.
— Тогда пускай встанет в очередь, — раздраженно прошипел наг, отведя на время взгляд от тактического экрана.
Баграш понимающе кивнул.
