Макс и Аня знакомятся в тот период, когда каждый из них подошёл к черте, за которой они не видят своего будущего в этом мире. В их странную горькую любовь вмешивается ещё один человек. Треугольник – это всегда боль и страдания. А если третий лишний – взрослый мужчина… Макса?В изготовлении обложки использованы официально приобретённые исходники Shutterstock 1237165210.Содержит нецензурную брань.
Он стоял близко. Слишком. Так близко, что Макс чувствовал тепло его тела, ощущал каменную эрекцию сквозь ткань джинсов. Модных и дорогих. Игорь не делал попытки обнять Макса или просто дотронуться. Он даже руки заложил в карманы, словно говоря – «Я тебя не трогаю. Захочешь – прикоснёшься сам. А ты захочешь».
– Игорь, не нужно больше этого. Не нужно ничего, – хрипло прошептал Макс, уже чувствуя, как он попадает под влияние стоящего вплотную к нему мужчины. Полный контроль.
– Глупости, – Игорь усмехнулся, вокруг глаз появились крошечные морщинки, едва заметные в свете ночного фонаря.
– Нет. Я решил.
Игорь вытащил руку из кармана и оперся ладонью на стену прямо возле головы Макса. Стало ещё теснее, стало ещё невыносимее.
– Решил? Точно?
Невозможно отказаться и невозможно продолжать это. Это пытка, которая длится лет пять. Или семь? А может, все десять?
Макс не успел ответить – просторный двор загородного дома наполнился рёвом мотоцикла, и свет от единственной фары выхватил силуэты двух мужчин.
– Бл*ь! – Макс взвыл, с силой отталкивая от себя Игоря. – Аня!
Он быстро перепрыгнул через перила террасы и со всех ног помчался к мотоциклу, который уже развернулся, выбросив из-под колёс фонтаны земли, и мчался к распахнутым настежь воротам.
– Аня, стой!
Мотоцикл вдруг завалился набок, прямо на ходу, и Макс истошно заорал, бросаясь вперёд с неимоверной скоростью.
– Не подходи ко мне! Не трогай! – девушка вскочила на ноги и выставила руки вперёд. Кожаная курточка перепачкана землёй, джинсы – с зелёными следами от травы.
– Аня, послушай!
– Нет! К чёрту всё, Макс, слышишь? К чёрту! – она опустила руки, но стоило парню сделать шаг к ней, как Аня отступила. – Это безумие!
– Аня, я прошу, послушай!
– Это безумие, – как заведённая повторяла Аня. По лицу её катились слёзы, которые девушка принялась размазывать грязным рукавом куртки. – Безумие!
– Аня, я люблю тебя!
– Да? – она взвилась, как кошка, подлетая к Максу и вцепляясь пальцами в его футболку. – А когда ты задницу ему подставляешь, тоже меня любишь?!
Макс отшатнулся от этих слов и даже прикрылся рукой, как от удара. Все слова пропали, Аня била по самому больному и била очень метко.
– Не ищи меня, Макс, слышишь? Больше никогда в жизни. Никогда!
Последнее слова она выкрикнула ему в лицо, потом бросилась к мотоциклу, а через полминуты Макс перестал слышать рёв двигателя. Он постоял так немного, на секунду прикрыл глаза, развернулся и пошёл обратно.
К Игорю.
Это была его вторая ошибка, точь в точь такая же, которую он сделал год назад.
Я пробовал просто ждать, но время меня не лечит…(с)
Макс чертыхнулся, когда пепел от сигареты, зажатой в углу его рта, мягко спланировал вниз прямо на белоснежный ковёр. Прищурился, раздумывая, стоит ли убрать за собой сразу или это может подождать. Быстро растёр пепел ботинком и отошёл к окну, откладывая дневник в сторону.
Дневник. Кто бы знал, что когда-то он станет вести дневник. Внушительный молескин коричневого цвета, пахнущий дорогой кожей. Мыслей вдруг стало так много, а поделиться ими было не с кем, и вот он наносит свои откровения на бумагу.
Сегодня его отец женился на Саше, простой девчонке, которая так быстро ворвалась в их жизни. И в жизнь Макса тоже, ибо ощущение, что он в очередной раз потерял отца, снова накрыло его с головой. Может, это было неправильно…Возможно, Макс остро нуждался в помощи какого-нибудь психолога, который бы расставил всё в его голове по полочкам, но он ощущал себя так же как в детстве. Отец принадлежал чему и кому угодно – бизнесу, работе, поездкам, другим женщинам, но только не Максу.
Максим невесело усмехнулся и принялся застёгивать пуговицы на рубашке. Сегодня он снова станет играть роль всем довольного сына, а мысли… Мысли он может доверить и обычной бумаге.
