– Мы познакомились в универе, – сказала она. – Он, как и я, тоже на вечернем, но на курс младше. В его группе у меня полно знакомых, так что мы часто виделись на переменах или когда я подсаживалась к ним за столик в столовой. Там, кстати, мы первый раз и заговорили. Моя подруга распечатала для меня лабораторку по химии, но забыла забрать из дома. Через одну пару нужно сдавать – что делать? Ник услышал, предложил подвезти до подруги и обратно… да, Лазарь, он действительно водит машину – права не поддельные, машина не угнанная.
Рассказ на время прервался. Дорога завернула влево, и всем пришлось преодолевать огромные навалы снега, развороченного колёсами полноприводного внедорожника. Видимо, машина плотно застряла в снегу и буксовала до тех пор, пока не превратила пятачок дороги в снежную кашу. За поворотом у обочины стоял снеговик. Самый обыкновенный снеговик, составленных из трёх снежных шаров один на другом, за исключением одной детали. Из середины нижнего шара торчал бережно вылепленный снежный половой признак, однозначно указывающий на то, что снеговик – мальчик. Сразу под признаком имелась пара шарообразных признаков поменьше, а чуть выше в снежный шар понатыкали хвороста, имитирующего лобковые волосы. Для своего детища безымянным скульптор не пожалел даже старой шапки-ушанки, которую водрузил снеговику на голову.
Скульптура вызвала у всей компании приступ неконтролируемого хохота. Смеялись истерично, до колик в животе. Приступ не прекращался до тех пор, пока в одном из соседских дворов не разлаялась собака. Сенсор попросил Лазаря сфотографировать его со снеговиком на мобильный телефон, и даже пытался уломать девушек составить ему компанию, но те отказались.
– Заберём этого снежного бабника домой, если заскучаешь по Нику, – сказал Лазарь Даре, когда они двинулись дальше. – Вы поехали за лабораторкой – что дальше?
Дара предпочла пропустить подколку мимо ушей:
– Дальше он ухаживал за мной почти два месяца. Иногда подвозил до деревни и всё такое. До дома я всегда шла пешком. Не хотела лишний раз «светиться», а он считал, что я смущаюсь. Мы оба делали вид, что это никакие не ухаживания, а просто дружба. Да оно поначалу так и было. Я никогда не рассматривала его, как… ну, вы понимаете, как парня. К тому же, я тогда ещё встречалась с Егором. Думаю, Ник это понимал. А вот чего ждёт от наших отношений на самом деле – не очень. Но он настойчиво пытался это выяснить. Знаете, он вообще очень настойчивый. Не навязчивый, но упорный. Когда он стал дарить мне цветы – сначала на мой день рождения, потом просто так, в обычные дни – я поняла, что всё серьёзней, чем я думала. Наверное, тогда-то он понял, что влюблён. Но он никогда ни на что не намекал, не подталкивал, не форсировал события. Даже наоборот… замедлял их, что ли. Своей ненавязчивой упорностью он меня и взял. И ещё добротой. Официально наши отношения оформились три недели назад. К тому времени мы с Егором уже месяц как расстались, и я подумала: почему бы и нет?
Снег за спиной у Лазаря перестал скрипеть, и он понял, что Сенс остановился.
– Это что же, Ник отбил тебя у Егора? Я правильно понял?
– Нет, – сказала Дара, – с Егором у нас не заладилось давно, и не поэтому. И вообще, это Егор предложил расстаться, а не я. Короче, Ник здесь совершенно не при чём.
– Тогда получается, – снег снова заскрипел под ботинками Сенса, – ты стала встречаться с ним из сострадания.
– Я дала ему шанс, которого он заслуживал по праву! – отрезала Дара. – Вот уже месяц прошёл, а я ни капельки не жалею, что решилась.
– Потому что решилась ты неспроста, – сказал Лазарь. – Отличная завязка для любовного романа, но в ней не хватает одной главы. Признайся, ты заглянула к нему в инсон перед тем, как дать зелёный свет. У Джейн Остин таких примочек не было.
На этот раз скрипеть перестали сразу три пары ног. Шедшая в авангарде Дара замерла, а следом за ней остановились и Яника с Аймой. Лазарь и Сенс тоже притормозили.
– Ты смотрела? – тихо спросила Яника.
Судя по тому, что она сделала это раньше Аймы, японка уже знала ответ.
– Конечно, смотрела, – ответила Дара после недолго размышления. Смысла юлить действительно не было. – Один раз. Я должна была знать, что он действительно ко мне чувствует, пока эти чувства не стали взаимными.
– Но это же читерство! – воскликнул Сенс. – Ну, если узнаю, что ты и меня сканируешь...
– Триста лет ты мне не упал.
– Зачем иметь сверхспособности, если нельзя ими воспользоваться? – вступилась за подругу Яника. – Я бы тоже разок глянула.
– Разком дело не обошлось, – сказал Лазарь, ловя на себе испуганный взгляд Дарении. – Вот почему она так безболезненно рассталась с Егором. А до него с Андреем. А до него с Муратом, Ибрагимом и Буцефалом. Когда можно напрямую отслеживать подлинные чувства нового избранника, отношения строить не сложнее, чем расставлять палатку. Жаль только, получаются они такими же недолговечными.
– Не лезь туда, где не соображаешь, – Дара поедала Лазаря взглядом. – С Ником у меня всё по-другому.
