Лазарь вытащил из заднего кармана пакет с чёрным локоном.
– Когда вдохнёшь дым, и он достигнет рецепторов в носу, процесс начнётся сам собой. Ты почувствуешь это. Закрой глаза, расслабься и слушай биение сердца. Отбрось все мысли и сомнения. Очень скоро появится уже знакомое ощущение, что комната плывёт. А вместе с ней и весь мир растает, как сахарная вата на солнце. Отсчитай минуту и открывай глаза. Ты окажешься в тоннеле. Или в трубе. Или кроличьей норе – каждому своё. В самом конце ты увидишь белый свет, или белого кролика, не знаю. В любом случае, иди к нему. Я и маленький Нуб-Сайбот будем ждать с той стороны.
– Это вроде как приход, да? – тут же отозвался Марс, внимавший каждому слову с отвисшей губой. – Давай я сам попробую, а ты возьми её, – предложил он.
– Богатый токсикоманский опыт тут не поможет. Пока тебе не стукнет хотя бы пятнадцать, о самостоятельном входе в инсон можешь забыть. А до тех пор придётся мне водить тебя за ручку.
Марс обиженно надулся, но ничего не сказал.
– Готовы? – Лазарь уставился в потолок. Они с Марсом уже лежали на подушках. Яника свесила с дивана кисть со сцепленными в кольцо большим и указательным пальцами. – Хорошо. Увидимся на той стороне.
2
Лазарь открыл глаза. Яркий свет ножом полоснул по глазным яблокам, и он сразу же закрыл их. Снова открыл. Поморгал и огляделся. Как и в прошлый раз, они попали в частный сектор города, но теперь здесь всё выглядело иначе. Булыжники на залитом солнцем перекрёстке двух брусчатых дорог блестели на солнце, отполированные колёсными шинами. Дома больше не напоминали однотипные картонные декорации из дешёвого ситкома – все они были настоящие. Одноэтажные и двухэтажные, с лепными обводами вокруг окон и резными ставнями, крытые серым шифером и металлочерепицей. Разноцветные заборчики тут и там зеленили побеги вьюнка. Не оставалось никаких сомнений: все жилища обитаемы и принадлежат существующему району города. Белые эмалированные таблички на угловых домах сообщали, что здесь пересекаются улицы Стандартная и Боржомская.
На дороге играли абсолютно нормальные дети. Гуттаперчевые, как назвал бы их Энуо. Девочки прыгали на резиночке, компания мальчишек постарше скучковалась на лавке, двое или трое дошколят гоняли на велосипедах. Высокое синее небо дышало безоблачной чистотой.
Рядом, вцепившись в Лазаря мёртвой хваткой, жмурился от солнца Марсен. Яники нигде не было. Лазарь быстро завернул за угол дома и дёрнул мальчишку за собой. Для местных детей их появление осталось незамеченным, и он хотел, чтобы так и оставалось.
– Руку отдай, – сказал он, когда гуттаперчевые дети исчезли за кирпичной стеной.
Марс разжал пальцы. Осмотрел себя с головы до ног и матерно выругался. Чёрные вещи исчезли, на их место вернулась привычная школьная одежда. Джинсы, свитер и двуцветная болоньевая куртка, которую он тут же брезгливо скинул на землю.
– Небось, прихватил с собой сюрикен? – угадал Лазарь.
Марс перестал ощупывать карманы.
– Финку, – с неохотой признал он. – Как узнал?
– Не ты один такой умник. Думаешь, если бы сюда можно было протащить оружие, я бы не придумал, как прихватить с собой парочку «Дизерт-Иглов»? В инсон перемещается не физическое тело, а проекция. Так что, пока твоя проекция выбирает любовь, а не войну, можешь переодеваться хоть в Джона Рембо – здесь ты будешь оставаться школьником.
Марсен красноречиво выругался и отшвырнул ногой свою старую куртку подальше.
Лазарь сверился с часами – Яника уже давно должна была появиться. Вариантов могло быть три: либо она не прошла и осталась в комнате, любо прошла, но не до конца, и теперь застряла где-то посередине, либо прошла, но её забросило далеко от того места, где появились они с Марсом. Какой из вариантов верный станет известно, когда к ним присоединится Дара. Но третий вариант Лазарь мог проверить и сам.
– Слушай внимательно и впитывай, – обратился он к Марсу. – В команде главный я. Все мои приказы выполнять беспрекословно и незамедлительно. Соображать быстро. Проявлять умеренную инициативу и помнить, что она всегда наказуема. Вопросы?
– Никак нет, сэр, – отрапортовал Марс, зачем-то соединив в одной фразе уставной солдатский ответ и забугорное «сэр». Лазарь знал, что для строптивой натуре мальчишки такие инструктажи, как амброзия для аллергика, а значит, ему действительно важно быть здесь, раз он всё-таки надавил на горло своей гордости.
Лазарь прижался спиной к стене и осторожно выглянул за угол. Гуттаперчевые дети по-прежнему занимались своими бесполезными делами. Между двумя мальчишками на лавочке завязалась шутливая борьба. Младшаки на велосипедах затеяли игру в догонялки. Маленькая девочка с огромными бантами в косичках задумчиво наблюдала за спящей на заборе кошкой, выдувая шар из чуингама. Ни Яники, ни Энуо видно не было. Сейчас не помешала бы помощь Сенса, но тот, как назло, куда-то запропастился.
– Надо выяснить, где живёт мальчик, – сказал Лазарь, одним глазом сканируя перекрёсток. – Это явно где-то поблизости.
– И как узнать? – прошептал сзади Марс.
– Можно спросить у вон тех озорников.
