Халил избрал другую тактику: он принялся стрелять по мелким камням вокруг нас, рассчитывая на рикошет. В основном камни были из песчаника, и при попадании в них рассыпались, но все же некоторые пули срикошетили, и одна из них ударилась в глыбу прямо над моей головой.
– Нагни голову и уткнись лицом в колени, – приказал я Кейт. – Настойчивая сволочь, правда?
Кейт нагнула голову к коленям и сказала:
– Здорово же он не любит тебя, Джон. Желание убить тебя даже добавило ему изобретательности.
– Обычно я вдохновляю людей на подвиги.
Внезапно я почувствовал резкую боль в бедре и понял, что срикошетившая пуля достала меня.
– Проклятие!
– Что случилось?
Приложив ладонь к бедру, я нащупал дыру в брюках и рваную рану. Пошарив ладонью по земле, я поднял еще теплую пулю.
– Калибр семь шестьдесят две, стальной наконечник, армейского образца. Наверное, у него винтовка М-14, снайперский вариант, со съемными оптическим и инфракрасным прицелами, плюс глушитель и пламегаситель. Точно такая, как была у Джина.
– Кому это интересно?
– Да я просто так, чтобы поддержать разговор. Кстати, и у Теда такая.
Некоторое время мы сидели молча, обдумывая ситуацию, затем я сказал:
– Разумеется, М-14 довольно распространенная армейская винтовка, и я ничего не имел в виду, когда упомянул, что и у Теда была такая.
– Но он мог убить нас прямо там, у маяка.
В развитие этой сумасшедшей мысли я заметил:
– Опасно было убивать рядом с тем местом, куда Джин привез нас на встречу.
Кейт ничего не сказала.
Конечно, я на самом деле не думал, что это Тед пытается убить нас. Тед не стал бы делать этого. Он ведь просился к нам на свадьбу. Верно? Хотя кто его знает. Я сунул пулю в карман.
Стрельба прекратилась, мы просидели спокойно около пяти минут. Возможно, Халил – точнее, тот, кто стрелял в нас, – ушел, но у меня не было желания проверять это.
Я услышал в отдалении шум вертолетов – может быть, на этот раз один из них заметит нас. Ныло бедро, я жутко устал, поэтому подумал, что у меня начались галлюцинации, когда услышал звонок телефона.
– Что за чертовщина?..
Мы с Кейт устремили взгляды на склон, туда, где звонил сотовый. Видеть его мы по-прежнему не могли, но теперь хотя бы имели общее представление о том, где он находится. Телефон лежал не более чем в двадцати футах от нас, прямо впереди, и если я поползу за ним, то глыба прикроет меня от Халила. Возможно.
Прежде чем я успел решить, хочется мне рисковать или нет, телефон перестал звонить.
– Если мы доберемся до него, то сможем вызвать подмогу, – сказал я.
– Если мы полезем за ним, нам не понадобится никакая подмога, – возразила Кейт. – Мы будем мертвы.
– Верно.
Мы продолжили смотреть в то место, где лежал телефон. И он снова зазвонил.
Снайпер не может постоянно смотреть в оптический прицел: у него устают глаза. Поэтому он вынужден делать короткие перерывы. Может, Халил как раз сделал перерыв и решил нам позвонить? Но он не может одновременно стрелять и разговаривать. Верно?
Прервав свои размышления, я рванулся вперед на четвереньках, преодолел двадцать футов за две секунды, схватил звонивший телефон, развернулся и бросился назад, стараясь прятаться от Халила за глыбой. Еще не добежав до камня, я бросил телефон Кейт, и она поймала.
Я рухнул на землю, затем поднялся и сел, прислонившись спиной к камню. Глубоко дыша, я удивился тому, что еще жив.
Кейт прижала телефон к уху, выслушала собеседника и рявкнула:
– Да пошел ты... и не учи меня, как должна разговаривать женщина. Катись к чертовой матери.
По ее тону я понял, что она разговаривает не с Джеком Кенигом. Прижав телефон к груди, Кейт обрушилась на меня:
– Ты очень храбрый или очень глупый? Как ты мог сделать это, не посоветовавшись со мной? Или ты предпочитаешь быть мертвым, а не женатым? Да?
– Извини меня. Кто это звонит?
Кейт протянула мне телефон.
– Халил хочет попрощаться.
Мы посмотрели друг на друга. Сейчас мы оба выглядели смущенными – наверное, оттого, что заподозрили Теда Нэша, нашего соотечественника, в том, что он пытается нас убить. Пожалуй, мне надо уходить с этой работы.
– Тебе надо будет сменить номер телефона, – посоветовал я Кейт и поднес телефон к уху. – Кори.
– Ты очень везучий, – раздался голос Халила.
– Бог хранит меня.
– Наверное. Я очень редко промахиваюсь.
– У всех бывают неудачные дни, Асад. Отправляйся домой и поупражняйся в стрельбе.
– Меня восхищают твоя храбрость и чувство юмора перед лицом смерти.
– Большое спасибо. Эй, а почему бы тебе не бросить винтовку и не выйти из-за деревьев с поднятыми руками? Я прослежу, чтобы с тобой хорошо обращались.
Халил рассмеялся.
– А я и не прячусь среди деревьев. Я направляюсь домой. Просто захотел попрощаться и напомнить, что я еще вернусь.
– Чтобы устроить матч-реванш?
– Иди к черту.
– Эй, религиозному человеку негоже так выражаться.
– Иди к черту.
– Нет, это ты пошел к черту, Асад. Езжай в свою пустыню и трахай верблюдов.
– Я убью тебя и твою шлюху, даже если мне для этого потребуется вся оставшаяся жизнь.
Я его явно разозлил, и чтобы направить его гнев на более важные цели, напомнил:
