Волк приводит меня в лес, к знакомому склону. Остановившись у подножия холма, замечаю на вершине одинокую фигуру. Ментор. В нерешительности оглянувшись на зверя, ловлю все тот же пронизывающий насквозь взгляд. «Время пришло», — проносится у меня в голове. — «Те слова все же должны быть сказаны». Глубоко вздохнув, я начинаю подниматься вверх по склону. Волк не отступает от меня ни на шаг и, когда я замираю в нескольких метрах от вершины, подталкивает меня мордой в спину. Хеймитч оборачивается. Я тону в его глазах, он сгорает в моих. Хищник хватает меня за рукав и тянет за собой, навстречу мужчине. Затем подходит к нему и точно так же подталкивает его ко мне. Волк не успокаивается, пока между нами не остается всего пара сантиметров, а моя ладонь не оказывается в руке ментора. Мы с удивлением наблюдаем за странным поведением зверя и смеемся в унисон, когда понимаем, чего он добивается. Все так же держа меня за руку, ментор слегка поворачивается к волку и интересуется сквозь смех:
— Так мы можем расценивать это как твое благословение?
Ответом ему служит одобрительное фырканье. Я задаюсь вопросом, когда эти двое успели познакомиться и подружиться, но секунду спустя у меня появляется еще один повод для удивления. Ментор обрывает смех, отпускает мою руку и делает несколько шагов назад, к лесу. Не понимая, что происходит, я порываюсь последовать за ним вглубь леса, навстречу ночной тьме.
— Стой! — я в недоумении останавливаюсь. Что заставило Хеймитча отступить?
Мужчина отходит еще на шаг, прячет руки в карманы и отводит глаза, устремляя взгляд в темноту.
— Ты хорошо подумала, детка? Если сделаешь еще один шаг, если подойдешь ближе, пути назад уже не будет. Я просто не отпущу тебя. Никогда. Это только твой выбор, и ты должна сделать его сейчас. Мрачный и нелюдимый бунтарь-мизантроп — не лучшая компания для юной Победительницы, у которой впереди целая жизнь. Но если ты все же решишь остаться со мной… стать моей…
У него срывается голос. У меня перехватывает дыхание. Продолжай, ментор. Не молчи. Мне нужно, чтобы ты сказал это вслух.
— Это навсегда, детка, — заканчивает свою мысль мужчина. — Я не привык пускать в свой мир каждого желающего. Я не настолько молод и наивен. И я не намерен вновь собирать себя по кусочкам, когда меня постигнет очередное разочарование — когда ты наконец поймешь, что я — не самая подходящая пара для такой, как ты. Когда ты уйдешь и заберешь с собой мою жизнь. Я умирал не раз — в Капитолии, на собственных Играх, вместе с семьей, с трибутами, которых тренировал, на церемониях Жатвы и по возвращении в Дистрикт. У меня было много жизней, но теперь осталась всего одна. И она — в тебе. Береги ее. Постарайся принять верное решение.
Я лишь усмехаюсь и пересекаю проведенную ментором границу. Подхожу ближе, еще ближе. Шаг, другой. Снег мягко шуршит под ногами. Ветер бросает в лицо колючие снежинки. Тьма вокруг сгущается, но я ясно — словно все происходит днем — вижу томительное ожидание и мучительную надежду в глазах Хеймитча. Оставив между нами незначительное расстояние, я останавливаюсь и протягиваю сжатую в кулак руку.
— Выбор сделан давно, ментор. Помнишь, ты просил меня поверить тебе? Я верю. Будь моим волком.
С этими словами я отвожу взгляд и раскрываю ладонь. Взглянув на подарок, ментор теряет дар речи и лишь молча переводит взгляд с моего лица на тонкую серебряную цепочку с подвеской в форме волка с глазами цвета антрацита, которую я держу в руке.
Неожиданно я понимаю, что момент, который внушал мне безумный страх и столь же сильное желание, наконец наступил. И, конечно, меньше всего я ждала его именно сейчас. Я обнаруживаю себя стоящей на самом краю обрыва; меня отделяет всего один — последний — шаг от падения в пугающе-темную, бездонную пропасть. И мне ничего не остается, кроме как сделать его. «Я не боюсь», — мысли путаются, но мне удается подобрать нужные слова. — «Я больше не одна». Закрываю глаза и делаю шаг вперед. Ментор накрывает мою руку своей, а миг спустя оказывается совсем близко и прижимает меня к себе.
Мы стоим обнявшись на вершине холма; нас заносит снегом. Единственное, что спасает от пронизывающего холода — тепло наших тел, прижатых друг к другу, и обжигающие губы ментора. Теперь все так, как и должно быть. Другое место, другое время. Даже причина уже не та — отчаяние и страх уступают место надежде. Пора принимать важные решения и давать обещания.
Я теряю чувство реальности. Все, что составляло мои тело и разум и мешало мне покинуть мир живых, больше не имеет значения. Объятия Хеймитча — единственное, что удерживает меня на Земле. Теперь я могу сама ответить на вопрос, который когда-то задавала ментору. Важно не время, в котором мы живем, и не место, в котором мы находимся в данный момент. Важны люди, которые рядом с нами. Именно они — и никто другой — являются нитью, которая до последнего мгновения связывает нас с этой жизнью. Эта тонкая, но прочная нить притягивает меня к центру моего нового мира.
