Учителя, стоящие у противоположной стороны здания, реагируют на мое появление ничуть не лучше. Ну, конечно: обаятельный, улыбчивый, всегда готовый помочь Джейк нравился им куда больше, чем мрачная, нелюдимая девочка, сбегающая из школы, стоит ей только услышать звонок с последнего урока. Проходя мимо них, я замечаю все те же холодные, настороженные взгляды и слышу шепоток за спиной.
Подняв голову и гордо распрямив спину, незаметно достаю из кармана нож, прячу его в рукаве и продолжаю свой путь. Поднявшись по лестнице, вхожу в гостеприимно распахнутые двери своей alma mater. Охранник, день и ночь дежурящий у входа, поднимает на меня сонный взгляд. Я напрягаюсь, готовясь к холодному приему, но вместо этого замечаю на его лице довольно приветливую улыбку. Похоже, ему нет дела ни до Игр, ни до Победителей. Кивнув в ответ на его приветствие и пройдя мимо, вспоминаю, что у него нет семьи — он один из тех, кто так и не решился завести детей, чтобы потом отдать их Капитолию на растерзание. Мудрый поступок.
Поднявшись на второй этаж, оглядываюсь по сторонам. На вид здесь ничего не изменилось: все те же узкие, тускло освещенные коридоры, маленькие кабинеты, в которых с трудом помещаются несколько десятков учеников, облупившаяся краска на стенах, разваливающаяся от старости мебель. Но все вокруг кажется незнакомым и странным, будто прошло не одно десятилетие, прежде чем я вернулась сюда.
Звенит звонок. Его дребезжащий звук отдается эхом с пустынных коридорах: только сейчас я понимаю, что никто не зашел вслед за мной. Заглянув в листок с расписанием, полученным у того же охранника, нахожу нужный кабинет и устраиваюсь за последней партой у окна. Несколько минут спустя комната наполняется одноклассниками. Откинувшись на стул, наблюдаю за своими сверстниками из-под опущенных ресниц. Те делают вид, что не замечают меня, и продолжают готовиться к уроку. Тогда я позволяю себе отвлечься и невидящим взглядом уставиться в окно. Единственное чувство, целиком и полностью владеющее мной сейчас — усталость. Я с нетерпением жду момента, когда смогу выйти из этого старого здания и убежать в лес. Растянуться на сырой от недавнего дождя траве, вдохнуть свежий запах хвои, встретить старого знакомого: тот волк, которого я некогда спасла, продолжает изредка навещать меня. Мне как никогда трудно находиться среди людей, особенно тех, кто ненавидит меня просто за то, что я жива. Конечно, их мнение относительно гибели Джейка и победы Генриетты мало меня волнует, но все же враждебные взгляды и осуждающий шепот в мой адрес очень угнетают. Теперь мне понятно, что значит чувствовать себя одиноким в толпе. Лично я предпочитаю несколько другое одиночество.
Углубившись в мысли, не замечаю, как в классе внезапно повисает тягостное молчание. Отворачиваюсь от окна и перевожу взгляд на лежащий на парте учебник. Внезапно лоб пронзает острая боль, и я на миг замираю, пытаясь сохранить то странное, но смутно знакомое чувство, вызванное болезненным ощущением. Чья-то меткая рука бросила железную линейку; тонкая полоска угодила мне в лицо, оставив глубокую царапину. На белоснежные листы тетради одна за другой падают крупные капли крови. Увидев темно-красные пятная, я мысленно переношусь обратно на Арену. Молочно-белая кожа Эмили. Мой острый нож. И ручьи алой крови, стекающие по ее шее.
К реальности меня возвращает громкий смех. И вот тогда я чувствую подступающую ярость. Не теряя рассудка, понимаю, что не хочу сдерживать свой гнев. Желаю лишь, чтобы тот, кто посмел бросить мне вызов, ощутил ту же боль, которую пришлось узнать мне. Поднявшись на ноги, почти мгновенно нахожу взглядом бросившего линейку. Мелкий и шустрый мальчишка из богатого района Дистрикта-12, Джаспер, кажется. Стоит среди толпы окруживших его одноклассников и все так же смеется. Однако, заметив мои движения и безумный взгляд, в ту же секунду замолкает. В его светло-синих глазах, напоминающий море во время штиля, мелькает страх. Я медленно иду к нему, опрокидывая стулья и сдвигая в сторону низкие парты. Рана все еще кровоточит, но я не обращаю внимания, и по моему лицу стекает кровь. Напуганные одноклассники расступаются передо мной. Джаспер порывается убежать, но, явно не желая быть похожим на трусливых друзей, остается на месте, позволив себе сделать лишь пару шагов назад. Однако я все приближаюсь, а потому парень вынужден отступить. В конце концов, он совершает еще один шаг и оказывается в ловушке, в самом углу комнаты. Неотступно следуя за ним, достаю из кармана нож. Оступившись, Джаспер опирается спиной о стену и замирает, не отрывая взгляда от клинка в моей руке. В два прыжка преодолев разделявший нас метр, хватаю парня за шею и, прижав к стене, провожу острым лезвием по его лицу. Наши одноклассники замирают; в кабинете стоит все так же мертвая тишина. Только теперь здесь царит страх. А я чувствую лишь отвращение. Ко всем присутствующим.
