Мысли вращались в голове Климова словно смазанные шестеренки. Баба-то подготовилась: теперь на нее особо не надавить, да и суд вряд ли ее арестует за отсутствием улик и наличием живота. Впрочем, следователь оказался изначально прав: Жарова не была в доле с жуликами, но кого-то из них определенно знала. Надо было ее дожимать, и делать это прямо сейчас, до официального допроса, иначе – пиши пропало.
Подумав, он решил пойти ва-банк.
– Ольга, я не скрою, что у нас действительно нет прямых улик, свидетельствующих о том, что вы причастны к краже… – увидев боковым зрением побледневшее лицо Мажаняна, следователь продолжил: – но… есть, как водится, один нюанс. Вклад в банке был застрахован, и клиенту деньги в любом случае вернут. Причем большие деньги – почти полмиллиарда, а вот вам, голубушка, как единственной подозреваемой, грозит гражданский иск из страховой компании на возмещение полного ущерба. Вас уволят с работы, опишут жилье и имущество, и вы отправитесь по миру с младенцем на руках. Вы, правда, этого хотите?
Сперва Климов подумал, что перегнул с аргументами, наблюдая, как женщина бледнеет на глазах. Но потом Ольга сжала ладони в кулаки, а на ее щеках выступили слезы. Жарова, наконец, заговорила:
– Я… ничего не знаю! Ни про полмиллиарда, ни про страховку! Это все долбаная Каролина, она еще в сентябре, в Анталье шантажировала меня интимными фотографиями и угрожала, что отправит их мужу, если я не пришлю ей эти сведения. Мне пришлось это сделать, понимаете? А за информацию Каролина послала мне перевод в двести тысяч.
– Всего-то? – чуть не вырвалось у Климова. Он продолжал анализировать ситуацию. Нарисовалась какая-то загадочная Каролина, наверняка сообщница. – Уж она-то непременно в деле! Остались следы от поездки на жаркий курорт и денежного перевода. Уже что-то!
Следующие шесть часов Жарову нещадно допрашивали в отделе. Выудив всю информацию, несмотря на вялые протесты адвоката, Климов, наконец, отпустил подозреваемую на все четыре стороны. После того, как следователь в разгаре допроса сообщил, что подозревает Ольгу лишь в превышении полномочий и фигурантку ждет подписка о невыезде и максимум условный срок, защитник успокоился, уткнулся в телефон и более не препятствовал Климову.
На поверку информации оказалось немного: в Сбербанке имелась копия документов – Каролина лишь оформила пластиковую карту по загранпаспорту. Этот же документ предъявлялся в аэропорту, на пограничном контроле. Паспорт оказался липовым: он хоть и прошел необходимые проверки, но фактически был выдан другому лицу.
И что теперь делать, когда с каждым днем рвется, казалось бы, прочная нить, а начальство наседает, требуя конкретных результатов? Этот вопрос был сугубо риторическим, но капитан не сдавался, продолжая продумывать все новые и новые версии. Даже сегодня, плюнув на клятвенное обещание сводить жену в ресторан, следователь направился в богом забытую нотариальную контору.
Промозглая московская зима не давала Ему покоя. Сказывался не столько дикий холод, от которого Он отвык (спасибо за это сказочному Дубаю), а скорее досадная промашка, что Он самонадеянно допустил месяц тому назад и чуть было не сорвал всю Игру. Целую осень Он обхаживал нужного человека, называемого на криминальном жаргоне медицинским термином «реципиент», на халяву кормил и поил в дубайских ресторанах и даже пару раз заказывал местных жриц любви (хотя ни фига они были не жрицы, а тем более, не местные). Однако после достигнутого соглашения, «реципиент» успешно слился, уехав в Беларусь, и теперь Он был вынужден прозябать в одиночестве в каком-то богом забытом бирюлевском Макдональдсе. Хуже места точно не придумаешь…
Его излишняя самоуверенность, пожалуй, впервые сыграла с Ним злую шутку, ведь Он не раз обещал своему другу, что сделает все для достижения цели, но беспечно отпустил ситуацию, и все резко пошло наперекосяк. Он посидел еще полчаса, слушая ритмичный рэп, доносящийся из ближайшего динамика. За Его столик даже успел подсесть какой-то хиппи, который неспешно жевал свой гамбургер, запивая булку диетической колой. Через пять минут странный парнишка ретировался, даже не убрав за собой поднос. Впрочем, в подобных «ресторанах» за собой убирали крайне редко.
Наконец, Он отхлебнул последнюю порцию остывшего кофе, намереваясь покинуть заведение. За прошлую неделю Он так измотался, что был готов заснуть прямо здесь – за столиком Макдональдса и проспать в неудобной позе до утра, благо ресторан работал круглосуточно. И скорее всего Его никто бы даже не потревожил. Он встал со стула, зацепил ладонью пуховую куртку, висящую на спинке (вот уж отличная мишень для бирюлевских карманников!), и что-то вдруг заставило Его оглянуться назад – устремить взгляд на ряд столиков в дальнем углу заведения.
