Человек. Человек никогда не меняется. Прошло всего сто лет с создания Стивом Расселом первой игры Spacewar, но за это время компьютерные технологии сделали гигантский шаг. В 2062 году корпорация Nextlife запустила виртуальный проект Четырехземье, подарив человечеству новый мир. Мир-сказку, мир-мечту, который рождался прямо в сознании человека. Воздух в Четырехземье был упоительно сладок, вода кристально прозрачной, а сочная зелень травы как будто бы создана для медитации. Но человек никогда не меняется. В этот удивительный мир вместе с людьми проникли война, ложь, жажда наживы и предательство. Окунувшись в эту адову смесь один из создателей Четырехземья, решает поменять правила Игры. Ибо даже на войне человек должен оставаться человеком.
Бутчер сидел на собственном щите и улыбался безмятежной улыбкой, свойственной либо полными идиотам, либо чрезмерно восторженным людям. Перед ним, на вытоптанном посреди высокой ковыль-травы круге, стояла девушка. Но восхищенные взгляды Бутчера были устремлены не на нее, девушка была миленькой, но красоткой ее назвать было трудно, чересчур она была полненькой и какой-то кругленькой.
Девушка плавно размахивала руками, как будто дирижировала, но над борейской степью не проносилось ни одного звука. Творение девушки было немым, на него можно было только смотреть. Используя магию Воздуха, девушка захватила проплывающее над ней пушистое облачко и мяла его как податливую глину.
Руки девушки летали по воздуху и «небесная вата» над ее головой начала приобретать очертания. Одна изящная ножка, следом другая. Изгиб талии, грудь, длинная шея. Еще мгновение и в небесах парила танцовщица, застывшая в прыжке и раскинувшая руки как птица. Глина, фарфор, да что там говорить - даже тончайший хрусталь по сравнению с облачной пряжей выглядел грубо и топорно.
Но девушка-маг на достигнутом совершенстве останавливаться не собиралась. С ее ладоней ввысь взметнулись две воздушных спирали, они пронзили созданную скульптуру, и та ожила, закружившись в танце.
- Красота, - вырвалось у Бутчера. Облачная танцовщица грациозно порхала, и сценой ей служил весь небесный свод. Бутчер был невысоким крепышом поперек себя шире, с грудью колесом, которую перехватывала перевязь меча. Руки кувалды, кулаки пудовые и выпирающая вперед, как ковш у бульдозера челюсть - во внешности Бутчера не было и намека на излишнюю чувствительность, но он глядел на творение девушки чуть ли не роняя слезу от умиления.
Созерцание за небесной танцовщицей было прервано самым беспардонным образом. Из зарослей ковыль-травы вывалилась странная парочка. Вместе с долговязым типом в богатом расшитом золоте камзоле и коротких рваных бриджах, на пятачок выбрался коротышка, по самую макушку закованный в серую помятую и покореженную броню.
Высокий незнакомец приложил ладонь козырьком к голове, разглядывая происходящее в небе представление.
- Ты глянь! Какая хренотень! - воскликнул он и хлопнул по плечу своего бронированного спутника.
Бутчер поморщился, по его мнению, слово «хренотень» к происходящему на небе совершенно не подходило. Но неизвестно каким ветром принесенной парочке на недовольство Бутчера было плевать.
- Давай посидим, позалипаем, - предложил длинный и уселся на примятую траву. Его подельник, скрежеща доспехами, уселся рядом.
Бутчер расстроился еще сильнее. Позалипать двое мутных типов могли откуда угодно, в радиусе десяти километров танцовщицу было видно отовсюду. Так нет же, принесла их нелегкая именно сюда!
- А ниче так телка получилась, - продолжил действовать на нервы Бутчеру длинный, - только с сиськами у нее беда. Приделай ей такую же грудь как у тебя, не жадничай, - загоготал каланча в камзоле, обращаясь к девушке.
Девушка-скульптор хамское замечание проигнорировала, плотно сжав губки. Но Бутчер заметил, что ее поза стала более напряженной. Ее руки перестали летать с непринужденной легкостью, и танцовщица на небе стала спотыкаться.
- Иди-ка ты залипать в другое место, - заступился за девушку Бутчер.
- Чувак, у тебя какие-то проблемы? - тут же полез в бутылку длинный, - тебя большие сиськи раздражают?
- Меня вы раздражаете.
- А я-то чего? - глухо прогудел голос коротышки из-под шлема.
- Ничего. Забирай своего дружка, и валите на тот холм, - махнул рукой Бутчер, - оттуда лучше видно будет.
- Ты чего раскомандовался? - не унимался дылда, - твоя степь? Где хотим там и сидим!
Дылда переключился на девушку:
- Эй, становится скучно! Сделай что-нибудь! Пусть она у тебя стриптиз устроит. Сможешь? А нет, так сама спляши, мы не против.
Послышалось довольное уханье его дружка.
- Достали, бараны, - Бутчер поднялся со своего щита и нацепил его на руку.
- А ты жесткий, - нервно хохотнул долговязый, - и че делать будешь?
Бутчер говорить много не умел, он просто вытащил из ножен меч и махнул им, приглашая двух хулиганов все-таки удалиться. Но те только развеселились.
- Ух, какой он все-таки жесткий! Мне страшно. А тебе?
Друг долговязого затрясся, стуча доспехами, демонстрируя, что ему жутко до коликов. Сам же отморозок вытащил из-за пояса кафтана саблю с зазубренным клинком.
- Думаешь один такой весь из себя вооруженный? Вот и нет! Подходи, пощекочем.
Бронированный коротышка достал шестопер и тоже потрясал им, что-то непонятное бубня через забрало. Бутчер задумался. То, что он с легкостью разделается с этими клоунами, он ни на секунду не сомневался. Но за отправку на перерождение сразу двух человек, он получит красную ауру убийцы на две недели. Из-за этого может пострадать его заработок в Игре, но деньги деньгами, уважение к себе дороже.
