Он нежно поцеловал девушку и, отпустив, несколько минут смотрел ей вслед. Потом повернулся и уверенной походкой зашагал в сторону Невского проспекта. При выходе на проспект Алекс едва не упал, поскользнувшись на брошенной кем-то масляной бумаге. «И тут бывают свои Аннушки, не только в Москве, на Патриарших прудах», — подумал Алекс, вспоминая бессмертный роман Михаила Булгакова. Он уже почти рухнул на мостовую, но в последний момент его подхватил за руки крепкий мужчина.
Алекс выпрямился и повернулся к нечаянному спасителю.
— Большое вам спасибо!
Но в следующий момент он всмотрелся в его лицо.
— Олег?!
— А что, Алекс, я так изменился?
Мужчина, поддержавший Алекса, смотрел на него прямым, испытывающим взглядом. Алекс ощутил искреннее чувство радости и даже немного смутился.
— Конечно, да. Сейчас, правда, меня все чаще называют Олег Константинович, но это неважно. Как ты здесь оказался? Вот уж и вправду мир тесен, как коммунальная квартира в Питере!
— Э-э-э… я тут по делам, — после некоторой паузы ответил Алекс, совсем некстати вспомнив в этот момент Густаса. И добавил: — Как ты поживаешь?
— Лучше всех. А ты? Чем занимаешься по жизни?
Алекс опять ответил после паузы:
— Да так, хочу вот устроиться на работу в Питере. Куда — пока не знаю. А что?
— Да нет, ничего. Слушай, может, хватит тут стоять? Предлагаю где-нибудь посидеть. Ты как?
— Я никогда не возражал против разумных предложений, — улыбнулся Алекс.
Для разговора Олег Константинович выбрал небольшое, но вполне приличное кафе в переулке недалеко от Невского проспекта. Здесь было тихо и уютно. Обстановка кафе отличалась особым стилем — под библиотеку. Алекс тронул Олега за рукав, кивком головы показал на книжные полки и заметил:
— Необычное решение. В питейном заведении — столько книг. Заставляет задуматься о вечном.
— Действительно, необычное, — согласился Олег. — Пытаются приобщить страждущих и к духовной пище.
И добавил:
— Но здесь можно спокойно поговорить. А если вдруг захочешь посетить танцы, то дискотека находится через дорогу.
Алекс вспомнил вчерашний вечер.
— Да нет, пока на дискотеку совсем не хочется…
— Это и хорошо, — в свою очередь улыбнулся Олег. Он подозвал официанта и сказал ему всего несколько слов. Тот согласно закивал головой и через пару минут удалился на кухню.
Друзья уселись за столик, и Олег спросил:
— Ну как, вспоминаешь иногда службу?
— Да уж, — улыбнулся Алекс. — Вас, товарищ старшина, забыть очень и очень сложно. Но если честно, то, конечно, вспоминаю, и очень часто. Хорошее было время. Настоящие, мужские, достойные отношения.
— Это точно. А помнишь, как потом мы поехали поступать в общевойсковое училище — здесь, в Питере?
— Еще бы. Как не помнить, когда я просто пролетел с первым экзаменом и поехал обратно в часть. А, вы, Олег Константинович, я вижу, поступили в эту замечательную пехотную бурсу?
— Как видишь, да, хотя я и в гражданке.
— И в каком звании сейчас?
В этот момент к столику, за которым сидели друзья, подошел официант с подносом и стал расставлять закуски. Алекс поймал себя на мысли, что он сейчас повторяет совсем недавние этапы собственной жизни. За изобильным, хорошо накрытым столом он сидел уже не в первый раз за последнее время. Сначала — роскошный ужин с Агнией, потом — ресторан в гостинице, и вот теперь он в кафе, стилизованном под библиотеку. И рядом — старый армейский товарищ Олег. Олег Константинович Михайловский — старшина разведывательной роты, в которой служил Алекс. Алекс исполнял обязанности командира отделения. От Михайловского ему частенько попадало за нерадивость, но старшину Алекс всегда вспоминал только добрым словом.
Официант наполнил рюмки и тихо удалился. Друзья выпили по первой и принялись закусывать. Через несколько минут на столе появилось горячее — тушеное мясо в горшочках. «Первейшая закусь», — подумал Алекс. Они некоторое время поговорили о службе, армейских друзьях.
Алекс вновь спросил Олега, до каких чинов он дослужился, и был удивлен, узнав, что Олег уволился из армии во времена, когда военным совсем не платили денежное содержание, всего лишь старшим лейтенантом. После увольнения устроился менеджером в компанию, которая владела несколькими десятками судов торгового флота — танкерами, сухогрузами, буксирами. И за это время вырос до заместителя генерального директора.
— А ты чем по жизни занимаешься? — поинтересовался Олег, отхлебнув из большой кружки пива. Алекс опять сделал паузу.
— Да вот работу ищу. Знаешь, я после армии уехал к Балтийскому морю…
— Шпроты любишь? — улыбнулся Олег.
— Да нет, шпроты здесь совершенно ни при чем. Хотелось получить денежную работу. Я закончил мореходное училище. Ходил в загранку на прибалтийских судах. Но потом платить стали все хуже и хуже. И в один прекрасный момент я попросту остался без работы. Но, — улыбнулся Алекс получившемуся каламбуру, — у меня остался советский паспорт. И, кроме того, есть удостоверение личности моряка. Вот, думал, может быть, здесь найду что-нибудь подходящее…
