— Но одной романтикой сыт не будешь, — Алекс попытался перевести разговор в деловое русло.
— Здесь ты прав. Действительно, сейчас мало кто сыт от доходов с романтики… Это в прежние времена романтики были в почете! А сейчас…
— А сейчас — прагматики, — добавил Алекс.
Олег Константинович сделал паузу, немного подумал и веско произнес:
— Значит, так. Как ты смотришь на должность офицера безопасности на одном из наших судов?
— Вполне положительно, — ответил Алекс.
— Тогда я сейчас дам тебе почитать небольшой документ, — Олег Константинович начал перебирать лежащие на письменном столе бумаги и папки. Наконец вытащил одну из них, раскрыл и нашел нужную страницу.
Алекс тем временем открыл небольшую бутылочку минеральной воды и наполнил хрустальный стакан. Сделал несколько глотков. Вода имела очень приятный вкус — с легким оттенком лимона и прекрасно освежала. «Как говорится, на ловца и зверь бежит, — размышлял тем временем Алекс. — Первый этап моего задания — найти выход на портовые структуры. А он нашелся практически сам собой. Посмотрим, что Олег скажет дальше».
Олег Константинович передал лист бумаги Алексу.
— Вот. Прочти.
Алекс быстро пробежал глазами по мелким стандартным строчкам…
«Капитану порта
Ориентировка
Морские пути вдоль побережья Западной Африки в последнее время стали представлять опасность для торговых судов. Экстремисты, действующие в районе Хотлэнда, планируют нападения на сухогрузы и танкеры с целью получения в последующем крупного выкупа за груз и экипаж.
Всем, кто проходит в этих водах, необходимо тщательно соблюдать принятые в пароходстве требования к обеспечению безопасности судна».
Алекс прочел ориентировку и отметил, что резолюция капитана порта написана размашисто, красной ручкой. «O.K. Михайловскому. Разобраться. И решить вопрос».
«Вот, значит, в чем дело, — подумал про себя Алекс. — Им действительно нужны толковые специалисты — офицеры безопасности на судах. И здесь наши интересы практически совпадают».
— Ну что, прочел? — осведомился Олег Константинович. — Что скажешь?
— Честно говоря, пока даже не знаю, что сказать. Нужно освежить в голове имеющиеся знания, все-таки давно по этой специальности не трудился.
— Давай, соглашайся, — Олег Константинович смотрел Алексу прямо в глаза. — Оплата труда офицера безопасности будет более чем достойной: оклад, надбавки за особые условия службы — в целом получается около десяти тысяч долларов США в месяц.
— Около — это пять? — улыбнулся Алекс.
— Нет. Около — это девять тысяч семьсот пятьдесят долларов США, — не принял шутку Олег Константинович.
Алекс задумался. Олег Константинович прошел к столу и сел в кресло. Внимательно посмотрел на Алекса.
Тот поднял глаза.
— Я согласен.
— Я так и думал, что возражать ты не будешь, — ответил Олег Константинович. — Тебя направят, скорее всего, на сухогруз «Морская звезда». Там капитаном — Виктор Васильевич Куприянов. Мужик неплохой, но больше всех страдает по поводу возможных пиратских нападений. Ему практически везде кажутся пираты. Так что пойдешь к нему. А сейчас нужно начинать твое оформление.
Олег Константинович повернулся на кресле к тумбочке с телефонами, поднял трубку и нажал кнопку быстрого набора.
Какая еще, на хрен, командировка? — почти кричала жена. — Тебя и так дома не бывает из-за работы твоей долбаной!!!
— Нормальная работа, — буркнул Андрей.
Выяснение отношений продолжалось уже довольно долго. Неопределенный ответ Данилова, что он «ненадолго уедет в жаркие страны», не только не успокоил супругу, но и вызвал в ответ целую бурю эмоций. Сейчас она вспомнила и их совместный с Солдатиковым поход в ресторан. «Интересно, про это она откуда узнала?» — думал Андрей. И глядя на ворчащую жену, понимал в глубине души, что в их жизни уже давно что-то пошло не так. Совсем не так. И это «не так» уже не склеишь, не соберешь заново, не сделаешь, чтобы все было именно «так».
— Ты пойми, — повторил он еще раз, — отказаться я не могу. Не поймут.
— А ты всегда не можешь отказаться, — язвительно заметила жена. — Всегда чего-то боишься, а они, между прочим, звания и должности расхватывают, на тебя не больно-то при этом оглядываются.
Андрей больше ничего не говорил. Он почти механически съел несколько бутербродов с сыром, выпил кофе с молоком и, быстро одевшись, вышел из дома.
