– У меня для вас информация, – произнес Сэм. – Вчера разговаривал с Беном Грантом, как вы и приказали.
– Слушаю.
– Грант упоминал мою сестру Руби. – Сэм набрал полную грудь воздуха. – У меня была еще одна сестра, Элли. Ее убили пятнадцать лет назад.
Эванс хотела что-то сказать, но запнулась и ограничилась сочувственной улыбкой.
– Мои соболезнования. Не знала.
– Руби родилась через два года после того, как Элли была убита. Грант об этом знал.
– Бен Грант в тюрьме и на свободу не выйдет.
– Да, – согласился Сэм. – Но, как вы уже знаете, случаи, которыми мы сейчас занимаемся, каким-то образом связаны с делом Бена Гранта. Он говорил про Руби, а вчера она вернулась домой из школы и рассказала, что за ней кто-то шел.
Эванс, не ожидавшая такой новости, склонила голову набок. Взгляд ее сделался пристальнее.
– Почему вчера не сказали? Могли бы узнать у кого-нибудь мой номер.
– Понимаете, Руби иногда выдумывает разные истории. Вбила в голову, будто находится в тени Элли, вот и старается переключить внимание на себя. А два дня назад была годовщина со дня смерти Элли. Только о ней и говорили, вот я и сомневался – что, если Руби просто исправляет «несправедливость»?
– А теперь перестали сомневаться. Почему? – спросила Эванс.
– Сегодня утром я сам пошел туда, на узкую тропинку, по которой Руби возвращалась из школы. На этом месте убили Элли.
– И ваша сестра все равно там ходит? – вскинула брови Эванс.
– Руби не воспринимает эту историю так, как мы. Она ведь не знала Элли. Короче говоря, Руби, скорее всего, говорила правду. Я заметил за деревьями какого-то человека. Все было, как рассказывала Руби.
– Когда за вашей сестрой шел неизвестный?
– Вчера. Около четырех часов.
– Позвоню в школу и велю предупредить учеников, чтобы держались от тропинки подальше, – проговорила Эванс. – Сегодня же отправим туда человека, пусть следит за всеми, кто будет вести себя подозрительно. Не исключено, что это просто местный вуайерист – прячется за деревьями и пялится на ножки старшеклассниц. Впрочем, даже если это просто любитель гулять по лесу, в участок его забрать не помешает – пусть попробует объяснить свое поведение.
Сэм удовлетворенно кивнул.
– Ну как, от дела отказываться не планируете? – спросила Эванс. – Вы – наше связующее звено между Беном Грантом и Ронни Бэгли, которого защищает ваш брат. Грант специально требовал вас – может, все-таки удастся обнаружить какую-нибудь важную деталь.
Сэм кивнул:
– Я готов.
– Кстати, о Бене Гранте, – произнесла Эванс. – Сказал он вчера что-то, чем можно воспользоваться?
– По делу – ничего, – покачал головой Сэм.
– Значит, только хвалился?
– Вроде того. Вчера по телефону я вам все пересказал. В общих чертах, Грант утверждает, что стал таким, потому что сестра разрешала ему мыть ей голову, а потом он ее убил.
– Выходит, встреча прошла зря.
– То есть?
– Когда вы позвонили, заглянула в его досье. Не было у Бена Гранта никаких сестер. Он единственный ребенок в семье. – Взглянув на растерянное лицо Сэма, Эванс продолжила: – Значит, Бена Гранта вычеркиваем. Ничего он нам сообщить не может. Какая-то связь между ним и недавними исчезновениями определенно существует, но, кажется, сам Грант не в курсе дела.
Эванс вышла из кабинета, и Сэм глубоко погрузился в раздумья. Хорошо, сестры у Бена Гранта не было, но что-то эта история определенно означала. Осталось только догадаться, что именно.
Сидя в машине, Джо набрал номер Моники. Он нашел в столе старый мобильник и вставил в него уцелевшую сим-карту. Никто не отвечал – снова. Тогда Джо позвонил Ким Ридер, хотя не был уверен, что она ответит. Вдруг Ким на суде? Но после нескольких гудков Джо услышал ее голос.
– Сейчас разговаривать не могу. Особенно про сегодняшнее утро. Извини, я не должна была всего этого говорить.
Там, где она находилась, было шумно. Судя по эху, Ким шла по коридору здания суда. Джо на секунду представил ее в мантии и безупречно белом парике.
– Извини. Звоню, чтобы согласовать один вопрос, – ответил Джо. – Профессиональный долг.
– Ну да, таким голосом ты только на суде разговариваешь, – ответила Ким, и Джо показалось, что он расслышал в ее голосе нотку разочарования. – Так что тебе нужно?
– Я насчет Тэрри Дэя. Собираюсь нанести ему визит.
После небольшой паузы Ким ответила:
– И думать не смей! – В голосе – ни следа былой теплоты. – Дэй – свидетель обвинения.
– Сама знаешь, свидетели частной собственностью не являются, – возразил Джо.
– А ты знаешь, что дело вовсе не в этом.
– Потому-то я звоню тебе и предупреждаю.
– Джо, не будь козлом, – не на шутку рассердилась Ким.
Джо вздохнул. Он хотел, чтобы все было по-другому, чтобы Ким просто ответила «делай, что хочешь». Но сам понимал – она слишком хороший прокурор и не допустит ничего подобного.
– Постараюсь, – ответил Джо более мягким тоном. – Узнаю что-нибудь важное – обязательно позвоню и сообщу тебе.
– Джо!
– Не волнуйся, я еду с Джиной. Она будет свидетельницей и позаботится о том, чтобы меня ни в чем не смогли обвинить.
– Вот именно – вдвоем удобнее сочинять историю в свое оправдание.
