- Подожди, не так быстро! - Мирослава смотрела на своего младшего брата и пыталась понять, шутит он или говорит серьёзно.
Изобразив на лице что-то похожее на жалость, мальчик повторил:
- Мы попали в параллельный мир...
- Стоп! Это я уже слышала! - прервала его сестра. - Ты это серьёзно?
- Ну да... - Марек пожал плечами.
- Почему ты так решил?
- Мы с Янеком играем в компьютерную игру...
- Всё ясно! - подытожила сестра и снова взглянула на увесистый баул.
- Что тебе ясно?! - возмущённо спросил Марек. - Я же серьёзно говорю!
Мирослава отвлеклась от своих дум, и посмотрев на брата с улыбкой, ответила:
- Правильно мама говорит - у тебя уже самая настоящая компьютерная зависимость...
Вместо того чтобы обидеться или наоборот, возразить, одиннадцатилетний мальчик посмотрел на свою взрослую сестру с очень серьёзным выражением на лице:
- Мамы с папой здесь нет, - сказал он негромко, - и только я знаю, как нам выжить в параллельном мире.
Решив, что сейчас для ссоры с братом обстановка не самая подходящая, она села в кресло напротив и сказала:
- Хорошо, я тебя внимательно слушаю.
Удивившись тому, как быстро сдалась сестра, Марек ненадолго задумался, затем спросил:
- Ты ведь знаешь, что старший брат Янека - Вацлав, работает в компьютерной фирме?
Девочка кивнула.
- Они сейчас переводят на польский игру "Грани реальности". Вацлав занимается тестированием, а мы с Янеком ему помогаем.
В очередной раз выслушивать рассказы брата о компьютерных игрушках Мирослава не имела никакого желания. Махнув рукой, она сказала:
- Ладно, потом расскажешь! - девочка встала с кресла и снова посмотрела на папину сумку. - Лучше помоги достать наши вещи.
- Думаешь, я маленький и ничего не понимаю, - с обидой в голосе произнёс Марек, - но я на самом деле знаю, что сейчас нужно делать.
- Ты умный мальчик, - примирительным тоном сказала сестра, - но пойми - компьютерные игры совсем не похожи на настоящую жизнь. Не капризничай и помоги мне.
Мальчик демонстративно отвернулся к окну и громко сказал:
- Я так и знал!
- Что? - поинтересовалась сестра.
- Ты меня совсем не слушаешь.
Мирослава села обратно в кресло и задумалась:
"Пока ничего не понятно, нам ни в коем случае нельзя ссориться. Если с Мареком что-то случится, то это будет целиком моя вина. Пускай говорит что хочет, я сделаю вид, что мне это интересно. А потом мы достанем вещи и пойдём искать людей"
Девочка протянула руку через проход и взъерошила волосы на голове брата:
- Не обижайся на меня, ладно? Просто я немного растерялась...
Мальчик выждал некоторое время, затем повернулся, и с улыбкой на лице сказал:
- Ты самая лучшая! Теперь мы - команда!
Глава вторая
Неспешным шагом мужчина продвигался в сторону Калиновки, находящейся в пригороде Люблина. Буквально через двадцать минут прогулки по городу он уже не удивлялся стоящим посреди проезжей части автомобилям и раскрашенным во все цвета радуги автобусам. Моторы многих из них до сих пор работали, несмотря на отсутствие в них людей, что теперь воспринималось какой-то новой реальностью, с которой нужно просто смириться. Если что действительно смущало шедшего в направлении дома мужчину, так это его собственный внешний вид:
"Ну прямо, как древнегреческий философ. Не хватает только лаврового венка на голове! А в руках арфы или... что там философы обычно в руках носят? Свитка с баснями Эзопа..."
Приодевшись в торговом центре, удачно подвернувшемся по дороге, Адам почувствовал себя значительно комфортнее, чем в трусах и простыне на плечах. Так как денег у него всё равно не было, оказавшись перед кассой, уже прилично одетый мужчина клятвенно пообещал несуществующему кассиру, что при первой же возможности заплатит за все покупки.
Проходя мимо часовни Святой Троицы, Адам вспомнил свою жену Монику, с которой они регулярно бывали в этой части города, прогуливаясь под ручку и неторопливо осматривая местные достопримечательности - церковь Святого Войцеха, Люблинский Замок, церковь Непорочного Зачатия Девы Марии, а также другие, не менее известные. Иногда жена рассказывала какие-то библейские истории, по её мнению как-то связанные с этими зданиями из кирпича и цемента, а её спутник лишь одобрительно кивал, поражаясь тому, как можно помнить столько всяких глупостей и при этом во всё это искренне верить. Когда жена спрашивала его мнение по поводу сказанного, Адам всегда отшучивался, отвечая, что святых слишком много для того, чтобы всех их упомнить. В такие моменты нередко возникала примерно такая дискуссия:
- Вот предстанешь пред судом божьим, и сказать в своё оправдание будет нечего!
- А ты на что? - отвечал Адам, подыгрывая собственной жене. - Вот и замолвишь за меня словечко! Вон сколько знаешь про всяких святых-великомучеников, неужели зря?
- Богохульник... - со вздохом отвечала Моника, глядя на своего мужа с любовью. - Конечно, замолвлю! Хотя, ты и в Аду скучать не станешь, быстро найдёшь, чем заняться...
