– Хорошо. Он поцеловал сына в лоб. Посмотрел еще раз. Бледный, синяки под глазами. Он знал немного больше правды, но сыну решил пока не говорить. Отец тоже ушел, Ли погрузился в размышления. Написал кратенько на работу, что мол пока живой, но обещать ничего не может. Что же случилось, вспоминаться не хотелось. Он решил, что надо бы пройтись и тут же схватился за живот. Его подхватил под руки медперсонал и он прошел метров 10 и свалился обратно в кровать. Поняв, что прежней жизни пришел конец, он принялся составлять список вещей на продажу. Потом заснул, потом отвечал на мыло, потом опять спал и пытался пройти хотя бы 20 шагов, но самому. Получалось плохо. Все было как в тумане. Волосы отрастали разной длины, на затылке был шрам.
Одну медсестру, которая очень увивалась за ним, он попросил подстричь все волосы одной длины и помочь помыться. Прической остался доволен, мытьем – нет. Что-то было не так. Он выпросил у нее маленькое зеркальце и выпроводил ее. Согнувшись, насколько можно, он засунул зеркало между ног. От ануса шел шрам.
Если я не полный идиот, подумал он, то порвали все что можно. Значит… теперь любой может догадаться, что его… Он отдал зеркальце медсестре, лег в чистую, перестеленную постель и принялся искать на телефоне информацию. Хорошего было мало. Если б не лекарства, он бы и не спал вовсе. Болел не только живот, болело все и, хуже всего, душа. Когда его выписывали, отец приволок пояс на крючках – сказал тетки носят для поддержания жиров, а тебе тоже надо, иначе швы все стянут – не выпрямишься потом. Они поехали домой. Дом уже не был его домом. Он вытаскивал костюмы, компоновал и выкладывал в интернет. До полуночи к нему ходили покупатели. Он продал даже лыжные костюмы и 2 костюма тройки – на праздник. Туда же ушла и обувь. Осталось немного и он решил оставить распродажу на следующий день.
– Потом нужно будет снять кладовку, засунуть остатки. Или ты с мамой заберешь. Ю-хаул я найму. Они лежали с отцом в одной постели.
– Пап, я теперь урод, да?
– Нет, сынок, это только у тебя в голове.
– А шрам там – тоже в голове?
– Догадался или?
– Мешается. Думаю, я теперь импотент буду. Так что… слезы брызнули градом. Отец сунул ему пару таблеток.
– Все восстановится, подожди еще пару недель и ходи больше.
– Я не смогу так жить, па…
– Сможешь. Только сейчас про это не думай. Думай о том, что завтра продадим мебель, остатки соберем в ю-хаул, или может в машину влезет.
– Не влезет.
– Ну возьмем прицеп, ты что, зря что ли такую мощную покупал? Загрузим остатки и поедем в Пенсильванию. У меня там друг, врач, он тебя уже ждет. И сын у него постарше, правда, но в игрушки играть сможете.
– А на кого он учится?
– Не помню. На врача, кажется – соврал отец, не желая заранее пугать сына.
На другой день быстро шла распродажа остатков, а нужное отец паковал и таскал в багажник машины. К вечеру они устали, но квартира была чистой. Ему обещали перевести остаток денег на счет и с тем он распрощался с городом. Машина была набита полностью, пошел снег, и они заночевали в гостинице. Ночью Итан проснулся от тяжелого вздоха.
– Ли, ты чего?
– Не могу кончить, не получается, сказал Ли и слезы опять потекли по щекам.
Итан лег к нему в кровать и стал гладить по спине и по голове. Наконец сын успокоился.
– Знаешь, что, все это у тебя просто в голове – сказал он. Попытайся расслабиться и не думать, что это неправильно и это инцест. Это немногое, что я могу для тебя сделать.
Ли не успел отгородиться от отца. Итан сполз ниже и взял в рот член сына. Ли затрясло, но через несколько минут он кончил.
– Теперь можешь спать спокойно?
– Да. Но так все равно не должно быть.
– Забудь. А ты вкусный – уже накрывал его покрывалом отец.
– Знаю. Другим, наверное, тоже понравилось. Он шмыгнул носом и стал засыпать.
Итан еще долго лежал без сна и вспоминал как оно было когда они… Он вздохнул.
Черт, а мне понравилось – ворочался он.
На другой день снег пошел еще сильнее и, чтоб не ночевать в гостинице второй раз, пришлось поторапливаться.
К Оливеру они приехали поздно вечером. Забрали несколько сумок, причем их тащил отец, рявкнув на сына – тебе сказали больше 3-х кг не поднимать, вот и иди. Дома было тепло и вкусно пахло. Оказалось, что у Оливера клиника рядом с домом, через крытый переход, зато народ с окрестностей валит.
Ли выделили комнату на первом этаже. Кровать и стол для компов. Он тут же принялся распаковывать их и настраивать. Юджин пришел звать его кушать.
– Ты кто – Лион – киллер или Леонардо да Винчи? – пошутил он.
– Второе – пробормотал Ли и пошел есть. Ел он мало несмотря на то, что все было вкусное.
– Знаешь, мне кажется я тебя знаю – не унимался Юджин, получив от отца пинок ногой.
Ли сказал, что наелся и пошел к себе, погрузиться в сказочно-компьютерный мир.
– Пап, ну я правда, его где-то видел, вспомнить не могу.
– Я тебе говорил – не лезь к нему – раз, не приставай, про геев не упоминай и даже не вспоминай, и уж тем более, что ты психолог – вообще заткнись.
– А о чем тогда с ним можно говорить?
– Лучше ни о чем. Занимайся своим делом.
– Ну интересно же. Новый человек.