Попав в свой разум, я заметил, что у меня такого хаоса в голове нет — всё намного более упорядоченно, строго, но всё же это не идеальный порядок. Если представить мысли моего пациента по психическим заболеваниям (А иначе зачем он грохнул собаку? Впрочем, теперь я это узнаю!) как молекулы при броуновском движении, то мои мысли, это как огромнейшая сеть рек, ручьёв и тому подобного. Они шли беспорядочно, множество пересекались или почти делали это, но не перемешивались, сохраняя, тем не менее, своё направление по определённым, невидимым мне руслам.
Единственное, что пришло мне в голову на вопрос о том, как сохранить полученную копию воспоминания, это обернуть то магической энергией и отправить в свободное плавание, с желанием сохранить и присвоить. Коль другого варианта у меня не было, то я решил именно это и сделать.
Воспоминание отправилось в свободное плавание и через три минуты времени прошедшего с того момента, я почувствовал, что всё прошло успешно. Точнее говоря, я просто начал вспоминать всё то, что скопировал, как свои собственные воспоминания. Просто и эффективно, главное не переборщить и не скопировать вот так вот какую-нибудь чужую личность, а то стать шизофреником у меня желания нет!
В общем счёте, моё путешествие в чужой разум обошлось мне в три тринадцатых моего резерва, где основная часть ушла на то, чтобы не дать своим запросам, точнее запросу, раствориться в разуме подопытного, ещё немного ушло на то, чтобы сохранить это воспоминание у себя в разуме. По времени же вышло, что я потратил около пятнадцати-двадцати минут, не более.
Я вынырнул из глубокой медитации, вернувшись к обычному восприятию, но мои сверх чувства сразу сообщили мне о кое-чём необычном. Необычность эта заключалась в том, что когда я уходил в чужой разум, то ребёнок семи лет, что находился в другом конце деревни и как раз прыгал в начерченный на земле квадратик, только отстыковался от земли, а второй только подходил к тому месту, откуда стартует первый. Сейчас же, только придя в себя, я тут же обратил внимание на то, что прыгнувший мальчик снова стоит на том же месте, а второй приземляется на землю. Но это ладно, мелочь, если бы не другой факт — птица, когда я уходил в чужой разум, была в одной точке трёхмерного пространства с положением крыльев вверх, а сейчас она сместилась на семь метров и крылья сместились на положение вниз. Да к чёрту крылья — за двадцать минут летящая птица сместилась только на семь метров?! Ложь, враньё и провокация! А значит, что я только что открыл для себя нечто новое — в работе с разумом, как своим, так и с чужим, субъективное время ускоряется, по отношению к мировому времени! А это значит что? А это значит, что менталисты, в принципе, получают неплохое такое преимущество во времени!
— Рекс! Рекс, а ну ко мне! — крикнул я молодому волку, что сейчас сорвался в лес, вознамерившись отправиться на охоту.
Моя команда тут же остановила лесного зверя и он, поджав уши, подошёл ко мне, присев на задние лапы и подставляя мне свою голову. В ответ же я сменил своё строгое лицо на более улыбчивое и почесал Рекса за ухом. Тот перестал корчить печальную и грустную мордашку, тут же заливаясь радостью и замахав хвостом. Н-да, кто бы знал, что по одним глазам волка, можно понять все его эмоции.
«Рекс… чувствовать… добыча… раненый» — отрывочно просигналил мне волк, зная, что я пойму.
— Иди охоться, а я домой. Только смотри, не попади в передрягу, а то мне тебя будет не хватать. Встретимся позже, я дам знать! — крикнул я уже начавшему убегать волку в спину.
«Рекс… радоваться… ждать» — передал мне этот умный и сообразительный волк, после чего исчез с моих глаз. Нет, воспринимать своими сверх чувствами я его не перестал, но в лесу именно он охотник, а потому маскируется очень хорошо, особенно для неопытного ребёнка.
Кто такой Рекс? Это мой ручной волк, которого я приручил с помощью легилименции. Точнее говоря, изначально, это был подопытный номер шестнадцать, но после того, как мне удалось закрепить в его разуме верность мне, как хозяину и вожаку, я стал именовать его не иначе, как Рекс, что в слух, что в мыслях.
