Перед тем как выйти из комнаты, Пэйтон проверила, заперты ли окна, включая большое французское окно в пол, потом прошла в крошечную гостиную, прибрала там и наконец направилась к себе. Усталость валила ее с ног, но Пэйтон по привычке обвела внимательным взглядом парковку и соседние здания. За деревьями возле розария вдруг что-то шевельнулось.
Пэйтон застыла. Сердце колотилось о ребра. Неужели мама ничего не придумала?
Герберт Брэнтли проживал в Риверз-Эдж, в тридцати милях от Уистлера и не так уж далеко от «Золотых садов».
– Как дела у Коры? – спросил Лиам. Джейкоб был за рулем.
– Мечтает поскорее родить и наконец снова увидеть свои пальцы ног, – усмехнулся брат.
Около мили они спускались по извилистой горной дороге, затем свернули на более узкий проселок. Машину подбрасывало на ухабах, под колесами хрустел гравий. Еще через полмили показался коттедж с треугольной крышей. Лиам заметил, что под навесом стоит укрытый чехлом автомобиль – очевидно, тот самый кабриолет.
Джейкоб припарковался. Выбравшись из машины, они оглядели местность и направились к дому. Джейкоб постучал в дверь, и через несколько секунд им открыл невысокий крепкий мужчина в спортивных шортах и с банкой пива в руке. Волосы у него были всклокочены, правую бровь пересекал длинный шрам, а нос выглядел так, будто его сломали – и не один раз.
– Герберт Брэнтли? – осведомился Джейкоб.
Крепыш посмотрел на него, на Лиама и покачнулся на пятках.
– Да. А в чем дело?
Джейкоб представился, назвал Лиама, а Лиам показал свое удостоверение.
– Мы бы хотели поговорить с вами о пожаре в больнице Уистлера. Мы можем войти?
– Сейчас? – Герберт поколебался и оглянулся через плечо назад, в комнату.
Возможно, он не один?
– Да, сейчас. Это займет всего несколько минут, – сказал Джейкоб. – И это очень важно.
Бывший лаборант запустил пальцы в волосы и вздохнул.
– Ладно. Подождите минуту здесь.
Он закрыл дверь. Лиам и Джейкоб остались стоять на крыльце.
– Кажется, он хочет что-то спрятать. – Джейкоб положил руку на револьвер. – Может, наркотики?
– Вполне может быть. – Лиам повернул круглую ручку, и они вошли внутрь. Герберт как раз выходил из ванной. До них донеслось урчание сливного бачка. – Ну вот. Он как раз от них избавился.
Джейкоб чертыхнулся. Герберт оглянулся, заметил их и поспешил навстречу.
– Я думал, вы ждете снаружи.
– Мы замерзли, – невозмутимо объявил Лиам и одарил его своим фирменным взглядом. – А теперь присядем, Герберт.
Не посмев возразить, Герберт раздраженно уселся на коричневый кожаный диван, сильно потертый. По обеим сторонам камина стояли два обитых клетчатой тканью кресла, а в центре – кофейный столик грубой работы. Хозяин дома определенно потратил деньги не на обстановку, а на средства передвижения.
– Не понимаю, зачем вы здесь. – Герберт почесал выпирающий живот. – Я имею в виду, почему сейчас? Пожар произошел пять лет назад.
– Но дело не закрыто. Виновный все еще не найден. Мы надеемся, что вы сможете добавить что-то новое к своим показаниям.
Толстым большим пальцем Герберт стер с банки пива конденсат.
– Ну не знаю. Я уже говорил копам. Не видел ничего подозрительного.
– Где вы находились, когда начался пожар? – спросил Джейкоб.
– В отделении интенсивной терапии. Как только зазвучала тревога, все бросились выводить пациентов на улицу.
– Вы были там с медсестрой Уэйс? – уточнил Лиам.
Герберт перевел взгляд на свою руку и поскреб подлокотник.
– Да. Хотя я был в смотровой с пациентом с симптомами инсульта. Медсестра Уэйс была в другой смотровой с другим пациентом.
– Она находилась в отделении все время до начала пожара или в какой-то момент выходила? – спросил Джейкоб.
– Ее пациенту стало хуже, поэтому она выбегала за тележкой с медикаментами.
Лиам сложил руки на груди.
– Эта тележка хранилась, случайно, не возле архива?
Герберт непонимающе сдвинул брови.
– Все оборудование хранится в отдельном помещении, оно доступно всем, кому понадобится. Доступ к лекарствам для экстренных случаев имеет только медсестра, которая знает код.
– Как Пэйтон?
Герберт кивнул.
– Да. В тот вечер главной медсестрой была она.
– Не видели ли вы кого-нибудь подозрительного в отделении или, может, в коридоре, у входа? Еще где-то?
– Я ничего не помню. Как я уже сказал, ночка выдалась та еще.
То же самое они слышали и от Пэйтон.
– Я думал, у вас есть подозреваемый, – продолжил Герберт. – Парень, у которого умерла жена. Он хотел отомстить больнице или что-то вроде того.
– Все верно, – ответил Джейкоб. – Собственно говоря, он задержан, и мы его допрашиваем.
Герберт вытаращил глаза.
– Он это сделал? Да?
– Мы не вполне уверены, – уклончиво заметил Лиам. – Вы ведь дежурили и в ту ночь тоже. – Он намеренно сделал паузу и впился глазами в Герберта. У того был такой вид, словно он хотел немедленно убежать.
– Да, но… В тот раз я не был в отделении интенсивной терапии. А Пэйтон была.
Итак, снова Пэйтон.
– Мистер Инман утверждает, что нечаянно услышал, как Пэйтон говорила с кем-то о некой ошибке. Однако ничего конкретного он сказать не может. Вам что-нибудь об этом известно?
Герберт шумно сглотнул.
