И кажется, Дэнни все же не интересуется Ольгой – он обнял ее, чтобы успокоить, и помогает ей по доброте душевной. И не намерен бросать Марию или изменять ей все с той же Князевой. Он странный, непостоянный, но хороший. Надежный, хотя и не кажется таким с первого взгляда. Как, как такой парень-ветер, парень-собирающий-взгляды, парень-улыбка может казаться оплотом отношений? Да никак. Абсолютно. Но это только на первый взгляд.
Вот ее Женька казался надежным и верным с самого начала их отношений, а на самом деле смело подкинул свинью любимой девушке, как только ему представилась возможность сделать это ради собственной выгоды. Парень-скала, парень-уверенность-в-завтрашнем-дне, парень-серьезность не оправдал возложенного на него доверия.
Чтобы посмотреть время, Лида достала из сумки мобильник. Машка и Маринка сообщали, что благополучно сдали зачет (особенно радовалась Машка – об этом говорили пятнадцать восклицательных знаков в конце предложения) и получили законные «кирпичи» в зачетки. Звонила мама и подружки со школы – явно куда-то хотели пригласить. А еще звонил Женя – целых пять раз. И даже прислал одно текстовое сообщение: «Возьми трубку! Я хочу с тобой срочно поговорить! Кто у тебя появился? Ты надо мной так издеваешься?»
– Урод, – швырнула на дно сумки телефон девушка. – Еще и звонить мне смеешь? Кто у меня появился? Принц матерый у меня появился, черт возьми.
С мыслями о том, как бы можно было казнить проклятого Женьку, Лида прибыла к университету, все меньше и меньше становясь похожей на человека, проплакавшего долгое время. На крыльце она обнаружила Бурундукову и двоюродную сестру, торчавших в компании смеющегося Смерча, беловолосой Инги, дерзкого на вид парня с зелеными волосами и кучей цветных татуировок на руках и молодого человека с длинными светлыми, почти белыми волосами, ноги которого были обтянуты узкими багровыми в черную клетку джинсами.
Не успела Лида подойти к ржущей компании, на которую обращали внимание прочие студенты, как ее опередил невысокий молодой человек, кажущийся ей, девушке не слишком низкой и с формами, даже хрупким.
– Денис, – властно позвали Смерчинского по имени.
Лида узнала голос и, с недоумением обернувшись, увидела своего сегодняшнего водителя, которого едва не сделала преступником.
Я радовалась жизни.
Может быть, с этого дня мне нужно перестать считать себя тупицей? Как-никак, я сдала жуткий зачет без шпор и списываний, мобилизовав все силы своего собственного ума, который перестал на время прикидываться мыслительным дистрофиком и проявил себя во всей красе.
Да, я успешно все сдала и из кабинета вылетела в образе Черного Плаща, того самого, из мультика, только не на крыльях ночи, а на крыльях счастья. Орел, хлопая уже своими широкими крыльями, приплясывал то на одной, то на другой ноге под задорно-торжественный гимн Багамских островов. Эта же музыка играла у меня в душе, выводимая сводным оркестром двигательных нервов под управлением маэстро со сложной фамилией – Нервуса Вестибулокохлеариса. То есть нерва, отвечающего за слуховое восприятие.
Головастики выкинули маски уныния, победно вскидывали ручки, сжатые в кулачки, под веселенький клубный транс и дружно улыбаясь, выводили цветными маркерами на своих незаменимых плакатах:
– Ну как, Бурундуков а, сдала?
– Сдала!!
– Ну, красавица! Молодчинка! Сложно было? Какие вопросы попались?
Я, сияя, приняла от ребят поздравления (это у нас в группе вещь необходимая и традиционная), была обнята эмоциональной сегодня Маринкой, поделилась впечатлениями от зачета и строгого препода, который, надо отдать ему должное, лично меня не валил, а потом была утащена подругой в столовую.
Уже там, заказав горячее ароматное какао и булочки, я послала сообщения о том, что сдала последний зачет, уехавшей Лиде, родителям и наглому Федьке, еще вчера противным голосом уверявшему меня в том, что волноваться не стоит. «Ты, Машка, все равно когда-нибудь этот зачет сдашь, вопрос только в том, в каком семестре: в этом, следующем или через года два», – уверял меня братец. Вот же я на него злилась! И только вмешательство мамы помогло ему обойтись без увечий.
Естественно, я «обрадовала» и своего господина Смерчинского, заявив ему в эсэмэс, что он обязан теперь вести меня на свидание и выполнить кучу других обещаний, потому что я получила заветное «зачтено». Кажется, он тоже обрадовался этому факту.
«Что еще за гала тайм?»
