Всю эту реакцию прекрасно видел Минато. Сначала он растерянно хмурился, не понимая, что вызвало у Марибель такое смущение. И тут он вспомнил её взгляд тогда, в кабинете химии. Она смотрела на него, желая что-то сказать, но не решаясь. “Так вот что её тогда беспокоило… — понял Минато и почувствовал укол совести от воспоминаний о собственном поведении. — Она хотела всё рассказать, но я не хотел узнать, и она не стала меня этим тревожить… Значит, всё-таки она знает, что со мной что-то не так?” — от такого предположения он помрачнел.
— Кстати, о милом, — продолжала Хиганбана, словно не замечая происходящего вокруг неё, — из-за Тау я ведь так и не закончила с раскрытием истинного мотива. Надо это исправить!
Хина хихикнула. Скосив глаза на Тау, всё ещё сидящую неподвижно, она резко развернулась и направилась к тому месту, куда всего пару минут назад отлетела отрубленная рука аватара — теперь, после принудительного сброса маски, там лежали лишь листок бумаги да резинка, перепачканные в крови. Хина спокойно приблизилась к этим предметам, опустилась на корточки, взяла в руки лист, аккуратно высвободила его из резинки и вернулась на своё место за трибуной. Вытянув руки перед собой, она откашлялась и с выражением зачитала:
— “Список возможных мотивов”! Ниже в столбик записаны мотивы, а справа — имена людей, которые могут совершить убийство благодаря ним. Есть и пустые, — пояснила Хина.
— А? У неё и такое было? — растерянно переспросил Ёшики.
— Откуда это у тебя? — в шоке спросил Минато. — Ведь такое явно не могло просто находиться в общем доступе.
— Верно, — подтвердила Хиганбана, отвлекаясь от списка перед собой. — Я стащила его из личной комнаты Тау. — Видя шок окружающих, она объяснила: — Дело в том, что я с самого начала была уверена, что у Тау есть какое-то место, где она проводит время чисто для себя. Тогда я стала рассуждать, где оно. В одной из запертых для нас комнат? Вряд ли. В конце концов, как показывает наш же опыт, их можно взломать, тем более они всегда на виду. Нет, помещения вроде комнаты обработки данных — рабочие. А тут нужно место для отдыха. Самым логичным вариантом мне показалось существование какой-то тайной комнаты. Тогда я стала думать, в каком из помещений она может быть. И вот, когда мы с Арисато-саном исследовали игровую комнату, меня осенило: здесь! Поэтому я позже решила сама проверить её. Руководствуясь собственной логикой, я без особого труда нашла тайный ход, в конце которого обнаружила маленькую комнатку с красными обоями и кучей хлама типа бумажек и фантиков от конфет — Тау не слишком аккуратна, как выяснилось. Среди всего прочего там был и этот список, — Хина потрясла бумажкой в своих руках.
Все в удивлении выслушали её. Её логика была шаткой, но она всё равно сумела добиться успехов, и это поражало. Правда, оставалось несколько вопросов.
— И когда же ты успела это всё найти? — в сомнении поинтересовался Минато.
Ответ на этот вопрос он, к своему удивлению, получил от Ёшики. Тот кашлянул и, смущённо почесав затылок, признался:
— Ну… видимо, это произошло тогда, когда она попросила меня отпустить её куда-то одну. — На удивлённые взгляды товарищей он, ещё более смутившись, пояснил: — Она попросила ничего никому не говорить, и… Я не был уверен, что это хорошая идея, но решил рискнуть…
Минато тяжело вздохнул.
— Ну, хорошо хоть всё закончилось нормально… — пробормотал он.
— А вообще меня больше волнует, откуда такая уверенность в своей правоте, — заметил Ёшики. — Я имею в виду, а что если бы никакой тайной комнаты там не оказалось? Ты бы просто впустую потратила время расследования!
Хиганбана вздохнула.
— Тау не просто так выглядит так же, как я, — заметила она. — Когда она впервые появилась в жизнях моих сестёр, старшая, Роза, спросила у отца о ней, и он рассказал, что с последней куклой своей коллекции решил провести своеобразный эксперимент: он разделил одну душу надвое, создав эдакого кота в мешке. То есть, мы с ней по сути два кусочка одной личности. Что-то распределилось между нами равномерно, например, логика суждений, что-то ушло полностью к одной, оставив другую ни с чем. Правда, лично я считаю, что помещать потом оба куска в одно тело было плохой идеей… — проворчала Хиганбана. Затем она резко тряхнула головой и возмущённо воскликнула: — А вообще не сбивайте меня! Мы тут ещё не знаем мотива, способного толкнуть Усами-сан на убийство!..
— Кстати, вы ведь с самого начала знали, что она в этом деле преступник, верно? — поинтересовалась Марибель.
Хиганбана поджала губы и покачала головой.
— Не совсем, — ответила она. — У меня были огромные подозрения, но только в процессе всё это благодаря уликам сложилось в стройную картинку. — Чуть помолчав, она добавила: — Вообще я с самого начала думала, что самые вероятные кандидаты на роль убийцы в подобной игре — Санада-сан, Усами-сан и Марти. Предательство именно этих людей больнее всего может воздействовать на присутствующих здесь, в конце концов, а Тау это и нужно, чтобы сбить нас с толку.
