- Лёва тебе запретил пить кофе. – Брякнул затонский разводящий, издав слышимую усмешку. «А я запретил ему запрещать мне пить кофе» - мысленно парировал Вермут, оставив, однако, замечание товарища без ответа. Горло словно сдавило крепкой удавкой и он не мог произнести ни слова.
Дабы не накалять атмосферу ещё больше, наёмник вместе с кружкой обошёл стойку и направился мимо Минора и бойцов в сторону лестницы, ведущей в отведенную комнату. Он был доволен собой – в очередной раз показал как упрям и горд, но всё довольство рассыпалось в пыль, когда будучи за углом мужчина услышал горькое девичье:
- Это из-за меня.
- Нет, это его нормально утреннее настроение. – Снисходительно добавил Минор. – Не бери в голову.
Поднимаясь по ступеням, Вермуту на секунду показалось, что его тошнит от самого себя. А ведь скажи он хотя бы слово, ситуация не казалась такой мерзкой и мерх бы не выглядел в глазах своих подчиненных как самый настоящий мудак. «Плевать» - решил отпустить ситуацию Вермут, - «я был занят и спешил».
И дело действительно было.
Ночью на бордель напала группа «Бандитов». Беды не принесли, численность была маленькая, да и разбегаться господа гопники не поленились ощутив, что желаемый кусок им оказался не по зубам. Тем не менее, унести ноги удалось не всем, и теперь на «Агропроме» сидело в ожидании своей участи двое неудачливых гопстоперов.
Вермуту ситуация показалась странной. Напавшая группировка часто пользовалась услугами, предоставляемыми на «Агропроме», на удивление вела себя хорошо в стенах заведения и не влазила в долги. Мерх не мог придумать причины, по которой «Бандитам» ни с того, ни с сего взбрело в голову обрушиться на бордель, но факт произошедшего продолжал оставаться фактом. Пришлось отправить дополнительную группу бойцов для охраны, дабы упокоить напуганных работниц – лишь бы не закрываться. Прекращение работы борделя будет зелёным светом для «Долга» на то, что место можно забирать, а отдавать территорию или чем-то делиться Вермут не собирался.
Отправиться на «Агропром» лично он пока не мог, как бы сильно этого не желал, но присутствовать на допросе пленных был обязан из-за нетипичности произошедшего. Поэтому велел доставить неудачливых бандосов сюда, отчетливо понимая, что Мертвый город они больше не покинут. Не покинули бы и территорию борделя, будь он там. Была, однако, одна сложность, которая мешала главе допрашивать пленных лично: с тех пор как он занял административный корпус НИИ, круг людей, знавших мерха в лицо, ощутимо расширился. «Свобода», «Бандиты», «Одиночки» - Вермут не разделял клиентов по каким-то особым иерархиям и работал со всеми одинаково, встречая, общаясь и решая возникавшие иногда разного рода вопросы. Казалось бы, если пленных планируется ликвидировать, то какая разница – узнают они, что держатель борделя связан с «Наёмниками», или нет? Но мерх не хотел раскрываться даже при таких обстоятельствах. Его могли узнать даже те, кто видел только в балаклаве.
Обратиться за помощью было к кому, благо местный разводящий был виртуозом в пытках, но, с появлением у Физика воображаемого собрата, его действия зачастую было необходимо контролировать. Кровожадный иностранец не горел получением достоверной информации и просто наслаждался процессом. Договориться с ним было крайне непросто.
К моменту, когда по связи сообщили о выдвижении конвоя в сторону центральной базы, Вермут уже допил кофе, но корил себя за то, что не взял ничего перекусить: в желудке неприятно посасывало и даже курение делало ситуацию легче только на короткое мгновение. Однако, после появления задачи, вопрос с едой в любом случае пришлось отложить, и наёмник сразу отправился к местному разводящему: решил озвучить просьбу лично, да и повидаться. Когда ему ещё общаться с другом, если не в момент безвылазного сидения в гостях на его базе?
Оставив казенную кружку в комнате, мужчина отправился к Физику, мысленно прикидывая успеет ли перед началом допроса заскочить и к Лейбу на очередной осмотр. Установивший поначалу определенное время приёма, медик в конце концов разрешил главе являться к нему в любое удобное, потому как текучка из дел иногда заставляла установленное время сдвигать.
Вермут едва успел переступить порог «Коопторга», когда позади его окликнул голос покойницы – воспринимать Фенек как самостоятельное существо мерх так же пока не научился, приписывая всё, что та имела, в собственность почившей подруге. При любом другом раскладе заставил бы ещё побегать за собой, сейчас же затормозив на автомате и глубоко вздохнув. Он должен попытаться держать себя в руках.
Услышав за спиной торопливые шаги обернулся, удерживая на лице стандартное каменное выражение, в отличие от возмущенного девичьего. Мужчина затаил дыхание, когда девушка подошла к нему едва ли не в плотную, и обожгла обиженным взглядом – подобное он уже видел, но при других обстоятельствах. Быстро сморгнув нахлынувшее воспоминание, глава в ожидании посмотрел на шатуншу.
