Мужчина резко замолчал, напряженно остановив ладонь со сжатыми пальцами на середине бедра девушки; та замерла вместе с ним, уперев острый конец штыря из пальцевого протеза в шею гетмана. Вермут с опаской затаил дыхание в ожидании дальнейших действий шатунши, так как заметил, что та не воткнула своё оружие в тело будущей жертвы, а лишь с угрозой преподнесла близко к опасному участку.
- А я всё ждал, когда же ты решишься. – Едва не шёпотом проговорил мужчина, осторожно поворачивая голову к Фенек. Та очаровательно улыбалась, вглядываясь в темно-серые глаза бывшего командира. Наёмник подумал про себя, что имей клон способности оригинала – Лукаш уже был бы мёртв.
- За что? – Прошипела сталкерша сквозь сжатые зубы в улыбке, которая из игривой теперь походила на болезненно-истеричную. – Почему ты отдал меня им?
- Потому что так было нужно. – Хотел было пожать плечами гетман, но тут же замер, ощутив усилившееся давление на горло.
- Говори! – Внезапно громко гаркнула девушка, вцепившись ногтями свободной руки в мужскую ладонь на своём бедре. В уголках её глаз сверкнули слёзы. – Что я тебе сделала?! Меня пустили бы на фарш тупо из-за твоей хотелки!
- Я защищал себя. – Серьёзным низким тоном ответил на её претензии мужчина, косо посмотрев сначала на Вермута, потом – снова на Фенек. – Они могли препарировать меня, если бы я отказался от их просьбы.
Наёмник видел, как дрожат руки сталкерши и с какой силой та стиснула губы, чтобы не дать себе разреветься; видел, как сконфужено, втянул голову в плечи Лукаш, и как всего на секунду под стулом мелькнула тень взятого им с собой пистолета.
- Ты не одна такая – с приколом. – Размеренно говорил мужчина. – Единицы в «Свободе» знают, что настоящего Лукаша нет в живых уже очень давно. То есть… Я – Лукаш, и был им всегда, но почувствовал неладное так же, как и ты – когда решил покинуть Зону. И к учёным так же обратился, и мне они так же всё объяснили, что я такое и насколько им интересен. Только сумел договориться, что если встречу что-то подобное, то приведу к ним, а они взамен оставят меня в покое. Перестанут натравливать наёмников и прочих доходяг. Так и вышло: я согласился оставить тебя им – и мы полюбовно разошлись, но я был несказанно рад, когда узнал, что этих уродов кто-то грохнул. Я не буду извиняться перед тобой и врать, что мне очень жаль от пережитых тобою бед, но попрошу подумать: как бы ты сама поступила в такой ситуации?
Единожды тихо всхлипнув, Фенек молчала. Вермут внимательно следил за вторым шатуном, когда девушка опустила руку со штырём: как бы не грохнул он её, почувствовав, что угроза, похоже, миновала.
- Мне ты не сделала ничего, и в группировке тебе все были рады. И, раз уж так всё сложилось, я бы тебе предложил вернуться обратно. Когда сочтешь это нужным. – Лукаш медленно пошевелился, пряча пистолет, и посмотрел на неудавшуюся убийцу лидерским уверенным взглядом. Мерх подозревал, что мужчина сделал подобное предложение вовсе не по доброте душевной, а руководствуясь принципом держать врагов к себе ближе.
Сталкерша не ответила, отвернувшись ото всех и тяжело дыша. Явно рассчитывала на другое окончание встречи, а по итогу – быстро сползла с колен гетмана и вылетела пулей из зала, опрокинув на столе стакан с остатками водки, которую не успел допить Лукаш.
- Я бы не позволил тебя убить. – Разбавил повисшую неловкую тишину Вермут, с опаской наблюдая за поникшим «свободовским» лидером. Хоть он и говорил, что ожидал нападения, однако, похоже, расстроился ему. Своё удивление его раскрывшейся природе мерх тоже не показал. – Не здесь.
- Не о том ты думаешь. А о чём следовало подумать – ты подумал неправильно. Я не буду уговаривать тебя изменить решение. – Пожал плечами Лукаш и поднялся с места, протянув руку хозяину заведения. Вермут принятую ладонь пожал, поблагодарил гетмана за визит и напомнил о своём предложении для пришедших членов группировки. На этом переговоры завершились.
Часть бойцов «Свободы» осталась на «Агропроме» даже после того, как их лидер, в сопровождении охраны отправился домой, не смотря на приближающееся к ночи время суток. Хмельные и весёлые, казалось не предали этому никакого значения и то, чем закончились переговоры, никого не волновало. Денег с Лукаша за устроенный приём глава действительно не взял, но видел, как сталкеров бессовестно обдирают сами девушки. Протестовать этому не собирался. С чего вдруг?
