Я аккуратно убираю ее ноги со своих. Подхожу к ней сбоку и своими пальцами стираю ее слёзы.
— Что я могу сделать для тебя?
Она молчит и качает головой. Когда я делаю несколько шагов, я беру ее тенниски ступаю к выходу и слышу.
— Я хочу петь.
Оборачиваюсь и говорю:
— Я подумаю над этим.
Выхожу из подсобки и иду в кабинет Наоми. Если бы это был кто угодно другой и, если бы это был мужчина, я убил бы его голыми руками. Пока я почти каждый день трахался с разными девицами, ел деликатесы и пил дорогущий алкоголь, она ежедневно страдала от своей обуви. Она голодала. От этой мысли меня самого трясет. Я был слишком зол, чтобы вновь держать себя в руках. Ярость закипала в крови, она требовала освобождения, всплеска эмоций, руки так и тянутся к Наоми, на которую хотелось выплеснуть свою агрессию.
Захожу в кабинет Наоми не стуча.
— Разувайся!
— Что?
— Оглохла? Разувайся! — я срываюсь на крик.
Она снимает свои каблуки, остаётся босиком. Я швыряю тенниски Мелани к ее ногам.
— Надевай!
— Но, они мне малы…
— Да мне плевать, так же как было и тебе. Надевай! Живо!
Она пытается всунуть свой сороковой размер в эти туфельки золушки. Она очень старается, и в конечном итоге у неё даже это получается, к моему удивлению. Но видно, как ее кожа стянута и выпирает над материалом.
— Теперь это твоя обувь.
— Мистер Вуд! — взвизгивает она.
— Ты думала, что я не узнаю?
Она встаёт.
— Сидеть!
— Мистер Вуд я не понимаю, о чем вы.
— Как насчёт того, куда ты дела около двух тысяч долларов? Я тебе мало плачу? Ты жена младшего босса!
— Про какие деньги вы говорите?
— Про деньги Мел.
— Что она вам сказала?
— Наоми, ты же знаешь с кем разговариваешь, поэтому хорошенько подумай и скажи мне.
— Я хотела вынудить ее уволиться.
— Ну ты действовала максимально глупо. Ты только вынудила ее работать тут до того момента пока она не расплатиться. Тебе нужно было придумать что-то получше.
— Она ужасный сотрудник я не хочу, чтобы она работала у нас.
— А мне плевать чего ты хочешь! Из-за чего на самом деле ты все это делала?
— Потому что она не нравилась Сэнди.
— Почему?
— Потому что все без ума от неё. Потому что она нравится Остину, потому что она талантлива. Потому что она красива. Потому что она добра. По многим причинам.
— Ты сейчас разыгрываешь меня?
— Все видят, как вы сближаетесь. Роберто это не нравится.
— Значит Роберто? Он вообще здесь причём?
— Все заинтересованы в союзе с итальянцами, он боится, что из-за этой девчонки все пойдёт не так.
— А прости меня, откуда он вообще знает о ней?
Я не получаю от неё ответа.
— Говори! Это все твой длинный язык?
— Мистер Вуд…мы же все следуем одной цели…
— Сегодня последний рабочий день для тебя и для Сэнди, и я позабочусь о том, чтобы вас не взяли ни в одно достойное заведение ты поняла меня?
— Но мистер Вуд…мы ничего такого не делали.
— Когда поработаешь в этой обуви хотя бы один день, я посмотрю, как ты заговоришь. И если хотя бы на секунду ты захочешь их снять, я приклею из к твоим ногам!
Я выхожу из кабинета направляюсь к Бену.
— Проследи чтобы Наоми проходила всю ночь в той обуви, которую я ей дал, и по окончании рабочего дня, чтобы она вместе с Сэнди собрала все свои вещи и покинула территорию клуба без глупостей.
— Принято, босс.
Если Мелани хочет петь, я могу ей позволить испытать свою удачу и устроить прослушивание, но не дам никаких гарантий, что она получит это место. Попроси она все, что угодно я выполнил бы ее просьбу в ту же секунду. Она могла попросить в конце концов деньги, но это ещё раз доказывает, что она за человек. И такому человеку не место рядом с такими как мы. Мы недостойны даже ее мизинца. Понимаю, что оставил Мелани босиком, возвращаюсь в подсобку. Но сначала захожу в медицинский кабинет, собираю все болеутоляющие таблетки и мази. Захожу в помещение персонала и вижу с каким удовольствием она уплетает десерт. Отчего на моем лице возникает улыбка.
— Мелани.
— Мистер Вуд, — откашливается она и промачивает свои губы салфеткой.
— Просто Дэниел, — протягиваю ей пакет. — В этом пакете лучшие обезболивающие и мазь, которые помогут тебе. Скажи, твоя обычная обувь не так сильно тебе натирает?
— Нет, в ней я чувствую себя прекрасно.
— С этого момента можешь носить все, что ты хочешь, включая рабочую одежду.
— Но это пункт договора…
— Да плевать мне на этот чертов договор! — чуть успокаиваюсь я говорю. — Прости. Скажи, тот инцидент с машиной тоже был из-за обуви?
— Почти. Это из-за мизинца, которым я удалилась о ваще кресло.
— Не беспокойся о ремонте машины, я все уладил и это тема закрыта я больше не хочу ничего слышать.
— Нет, я так не могу, — вскакивает она босиком на пол.
— Наоми обманула тебя. Ремонт машины вышел бесплатно.
— Что? Даже если так, то я все равно должна вам!
Игнорируя ее последнюю фразу, я продолжаю:
— Сегодня тебе вернут все деньги, что ты заплатила ей. Она больше тут не работает, также, как и Сэнди.
— Что?
— Мы обсудим это потом. На счёт твоей просьбы.
— Да?
