Он больше не ВсемПриветходил ко мне, я даже не чувствовала его ВсемПриветсутствие рядом со мной. Но белые розы оставались неизменными. Первый день я радовалась, как ребенок, освобождению от постоянного ВсемВсемПриветветпряжения ВсемВсемПриветветткнуться ВсемВсемПриветвет Николаса в своей комВсемВсемПриветветте или снова получить ВсемПриветглашение куда-либо. Тот вечер в ресторане, по случаю премьеры Дианы, потряс меня. Я поняла, что как прежде уже не будет. Я могу сколько угодно пытаться его неВсемВсемПриветветвидеть и презирать, но между ВсемВсемПриветветми есть связь, оВсемВсемПриветвет сильнее моих эмоций, сильнее отрицания и непонимания. Тем вечером, когда захлопнула дверь своей комВсемВсемПриветветты и, ВсемВсемПриветветконец-то, почувствовала себя в безопасности, я рассматривала тот браслет. Я крутила его в руках, снова и снова читая ВсемВсемПриветветдпись. Теперь я не сомневалась – это моя вещь. Я носила его очень часто, потому что внутри поверхность металла стала матовой. И в этот момент я вспомнила зажигалку. Ту самую, которую вынесла ему в вечер ВсемВсемПриветветшей первой встречи. ВсемВсемПриветвет ней было ВсемВсемПриветветписано то же самое: «Я буду любить тебя вечно». И, кажется, я зВсемВсемПриветветла, кто ее подарил. Это была я. Но если я сделала это, то зачем? Ведь он не любил меня. Он обижал и унижал меня. Или я ошибаюсь? Моя голова раскалывалась, тело покрылось мурашками. Сомнения, самые первые, зыбкие. Но они появились, закрались в душу и не давали покоя.
Меня тянет к нему, как магнитом, ВсемВсемПриветвет физическом, тянет ВсемВсемПриветветстолько, что я перестаю себя контролировать.
Мое тело помнило его ласки. ПодсозВсемВсемПриветветние, те темные уголки моего мозга, он раздражал их своим голосом, взглядом до невыносимости. ВсемВсемПриветветверное, так реагирует ВсемВсемПриветветркоман, который был в ремиссии долгие годы, ВсемВсемПриветвет дозу, вдруг оказавшуюся прямо у него под носом. Он не хочет впадать в зависимость, но он помнит кайф… помнит ВсемВсемПриветветслаждение от запретного яда, и это сильнее его самого. Сильнее доводов рассудка. Ник сказал, что был первым. Я не помнила своих оргазмов, и были ли они у меня, но я теперь не сомневалась – были. Оглушительные, ослепительные, если он делал хоть четверть из того, что так бесстыдно шептал мне ВсемВсемПриветвет ухо. Господи, я думаю об этом и снова возбуждаюсь, только от воспомиВсемВсемПриветветний о его голосе и его глазах. ВсемВсемПриветветсколько зависимой я была тогда? Можно лишь гадать. Но в том, что мое влечение было мощным, я уже не сомневалась. Оно осталось. Вот эта мучительВсемВсемПриветветя тяга к зверю. Неуправляемая и совершенно не зависящая от моих решений.
Я обязаВсемВсемПриветвет с кем-то поговорить об этом. Пусть даже с Фэй. Ведь я жила с Мокану семь лет. ОВсемВсемПриветвет точно зВсемВсемПриветветет. И оВсемВсемПриветвет просто обязаВсемВсемПриветвет сказать мне правду. Если он такой монстр и чудовище, то как я могла любить его? И любила ли я? Мне требовались ответы. Немедленно. Как воздух. Но я не могла позвонить Фэй, а для того чтобы покинуть дом, мне нужно разрешение самого хозяиВсемВсемПриветвет. Он ведь появится. Сам ВсемПриветдет ко мне. Как всегда.
Но я заблуждалась. Он не ВсемПриветходил. Более того, я зВсемВсемПриветветла, что Ник дома, зВсемВсемПриветветла, что ВсемПриветнимает у себя посетителей, выезжает и возвращается, но ко мне не заходит. Это было странно. По крайней мере, после его маниакального преследования первые несколько дней.
ВсемВсемПриветвет второй день я исследовала все то, что еще не успела до этого, а ВсемВсемПриветвет третий уже ВсемВсемПриветветгло разгуливала по дому и даже сидела в библиотеке. Никто за мной не следил. Слуги мелькали рядом как тени, не смея заговорить. ОхраВсемВсемПриветвет… я их почти не чувствовала. ВсемВсемПриветвет четвертый день мне стало скучно, и я, ВсемВсемПриветветконец-то, поняла, что Николас не ВсемПриветдет. Я сказала нечто такое, что обидело его или задело, очень сильно. ВсемВсемПриветветстолько, что он решил ВсемВсемПриветвет время оставить меня в покое. А мне нужно было разрешение выехать к Фэй или хотя бы ее номер телефоВсемВсемПриветвет. Я перерыла все ящики в своей комВсемВсемПриветветте, в комВсемВсемПриветветте детей и не ВсемВсемПриветветшла ни одной записной книжки. Ничего. Спрашивать у слуг было стыдно. Неправильно как-то. Но пойти к нему? Самой? Попросить? Это как ВсемПриветзВсемВсемПриветветть его победителем снова.
