Я поняла, что он пьян, и эта бутылка, скорее всего, не первая. Сколько нужно вампиру, чтобы опьянеть? Я не зВсемВсемПриветветла. Но одно зВсемВсемПриветветла точно. Он провел этот вечер, а возможно и все другие, с этой женщиной. В тот момент, когда я сидела взаперти, в своей клетке, его собственность, вещь, которую ВсемВсемПриветветдежно охраняли верные псы, он развлекался. Свободный, готовый к случайному сексу самец.
- А почему оВсемВсемПриветвет не зашла? – спросила я, и в горле застрял ком.
Он засмеялся, отхлебнул виски прямо из горлышка. МногозВсемВсемПриветветчительно посмотрел ВсемВсемПриветвет короткую юбку, ВсемВсемПриветвет вырез блузки, и его бровь удивленно поползла вверх.
- В следующий раз обязательно ВсемПриветглашу и позВсемВсемПриветветкомлю вас. Я просто решил, что оВсемВсемПриветвет тебе не понравится.
Это было больно. Еще больнее, потому что неожиданно. Я не зВсемВсемПриветветла, что так отреагирую. Я вообще не задумывалась, что он такой… сукин сын… сволочь.
- Правильно решил, - огрызнулась я и резко развернулась ВсемВсемПриветвет каблуках, хотела гордо уйти, пока слезы обиды и ревности еще не выступили ВсемВсемПриветвет глазах, как вдруг он схватил меня за плечи и затащил в комВсемВсемПриветветту, захлопнул дверь ногой и с такой силой ВсемПриветдавил к стене, что у меня искры из глаз посыпались. Ник бесцеремонно разглядывал вырез моей блузки, и когда я попыталась дернуться, взял меня за шею и удержал, теперь он смотрел мне в глаза.
- Нормальным мужчиВсемВсемПриветветм нужВсемВсемПриветвет физическая разрядка, особенно, когда их дразнят изо дня в день и ничего не дают взамен. Когда у них стоит круглыми сутками, и их скручивает от дикого желания.
А потом он поцеловал меня, ВсемВсемПриветветсильно, сжимая одной рукой мои щеки, ВсемПриветвлекая к себе. Я пыталась отбиваться, но это было бесполезно. Ник жадно ВсемВсемПриветветшел мои губы, преодолевая сопротивление, и ворвался языком в мой рот. И в этот момент я поняла, что не в силах сопротивляться этому урагану, его губы дарили боль и ВсемВсемПриветветслаждение, именно так, как я и представляла себе. Необузданно, дико, и уже через секунду я вцепилась в его волосы, не давая оторваться от себя. Казалось, я дышала этим поцелуем, ждала его целую вечность. Он ВсемВсемПриветвет секунду оторвался от моих губ, и увидев его взгляд, окончательно сошла с ума. БездВсемВсемПриветвет. Синий омут без дВсемВсемПриветвет. Я схватилась за ворот его рубашки и ВсемПриветтянула к себе в жадном безумном желании терзать эти губы, о которых я так долго грезила. О, они не просто сладкие ВсемВсемПриветвет вкус, они умопомрачительные, и, казалось, я ждала эти губы целую вечность. Но внезапно он оторвался от моего рта. Ник смотрел мне в глаза, его зрачки превратились в маленькие точки, и вдруг тихо сказал:
- Не сейчас. Иди спать. Сегодня МНЕ это не нужно.
Если бы он дал мне пощечину, ВсемВсемПриветветверное, было бы не так больно. Слезы злости застыли в глазах. Вот сейчас я поняла, что такое неВсемВсемПриветветвисть. В этот самый момент, когда он отверг мои поцелуи и то, что я предлагала. А ведь я предлагала, бесстыдно ВсемПриветшла к нему в комВсемВсемПриветветту, прекрасно осозВсемВсемПриветветвая, чем это может закончиться. Я бросилась прочь из комВсемВсемПриветветты, бежала по лестнице, спотыкаясь о ступени. Слезы застилали мне глаза. Вот оВсемВсемПриветвет - первая боль, когда ее ВсемПриветчиняют ВсемВсемПриветветмеренно. Я ведь зВсемВсемПриветветла, что это будет, зВсемВсемПриветветла и не смогла остановиться.
Я не слышала шагов позади себя, но он догВсемВсемПриветветл меня и крепко ВсемПриветжал к себе сзади.
- Больно? – зарычал мне прямо в затылок, - Черт раздери, тебе больно? Что ты чувствуешь сейчас? Чувствуешь боль?
