Часть меня задавалась вопросом «
Я могла опровергнуть все его сомнения, могла сама скинуть сарафан, но не сделала этого. Я была истощена, и прямо сейчас хотела, чтобы он просто держал меня в своих объятиях.
— Что думаешь о том, чтобы остаться здесь на ночь и лечь спать вместе со мной? Просто спать.
Я мягко рассмеялась и кивнула. Каким-то образом, он понял, в чем я сейчас нуждалась.
Он взял обе мои руки в свои. В моей груди разлилось тепло, я отвела взгляд в сторону, качая головой.
— Что? — спросил он.
— Просто, все это кажется нереальным.
Я не хотела снова становиться той девочкой с безответной любовью, но все, что он сказал и сделал, сначала пропускала сквозь себя та самая девочка.
Он наклонился, чтобы поцеловать меня.
— Я знаю, но самым лучшим из возможных путей.
Я улыбнулась ему в губы. Пока я тосковала по Спенсеру, он тоже думал обо мне. У меня было такое ощущение, что займет много времени, чтобы создать эту самую реальность. Но прямо сейчас идея поспать рядом с ним была слишком заманчивой, чтобы отказываться.
— У тебя есть лишняя зубная щетка, которой я смогу воспользоваться?
— И футболка, в которой ты можешь лечь спать, — сказал он, вставая вместе со мной с дивана. — Надеюсь, ты все еще являешься фанаткой «Ред Сокс».
Затем он оставил меня в своей ванной комнате с новой зубной щеткой и синей футболкой с красной надписью «Бостон», пересекающей грудь. Когда я вышла из ванной, он был одет только черные боксеры. У меня ослабли колени и вырвался дрожащий вдох, когда он прошел мимо меня в ванную с ухмылкой на лице.
Проведя ладонями по мягкому материалу его футболки, которая достигала моих коленей, я осмотрелась и заметила будильник, стоящий на прикроватной тумбочке у окна. Решив, что это была его сторона, я выбрала другую сторону кровати, сев на край и откинувшись на подушку. Меня окутал его запах. Чистый мужской запах, который принадлежал исключительно Спенсеру.
Когда он вышел с ванной, то остановился в дверях и посмотрел на меня.
— Я мог бы к этому привыкнуть, — сказал он.
Он обошел кровать и лег рядом со мной, накрыв нас обоих покрывалом и придвинувшись настолько, чтобы обнять меня за талию. Я повернулась лицом к нему, так мы оказались лицом к лицу, наши головы разделяли одну подушку.
Спенсер наблюдал за мной, пока его пальцы поглаживали мой висок. Мне тут же стало жарко под одеялом. Видел ли он, как я реагировала на него? Заставляла ли я чувствовать его так же?
Его ласки продолжились. Он продолжал поглаживать меня, пока мои веки не отяжелели. Я думала, что была слишком взвинченной, чтобы уснуть, но ошиблась. Я была в безопасности в его постели, и чувствовала себя намного уютнее, чего не ощущала уже долгое время.
В ушах звенел непрекращающийся звук будильника. Я отмахнулась от него, не желая выныривать из сна, в котором мы со Спенсером гуляли по пляжу. Я развернулась и уткнулась во что-то мягкое и в то же время твердое. Затем почувствовала, как чья-то рука поглаживает меня по попке. Мои глаза тут же распахнулись.
— Думаю, что это твой телефон разрывался в гостиной. Он только что перестал звонить, — мягко произнес Спенсер около моего уха. Его голос после сна был хриплым и таким милым.
Я тут же вспомнила прошлую ночь — песню, которую Спенсер спел для меня, рисунок, который он показал мне, предложение провести ночь здесь с ним. Я потянулась, чтобы прикоснуться к нему, прижала свою ладонь к его голой груди. Он лениво улыбнулся. Когда я подняла взгляд, его глаза потемнели от желания. Он мягко поцеловал меня, медленно перекатываясь поверх меня, вжимая в матрас. Мне нравилось, когда его тело накрывало меня, тепло, исходившее от него, побуждало во мне желание прижаться к нему еще ближе. Я пробежалась руками по его мускулистым плечам. Когда он вжался в меня своими бедрами, я почувствовала его возбуждение.
— Сара.
Он мягко произнес мое имя, прежде чем поцеловать меня, нежно прикусив мою нижнюю губу. Наши губы двигались в идеальном ритме. Поцелуй Спенсера был мягким, но решительным, требующим и в то же время дарящим. Вскоре мое тело дрожало от желания, вжималось в него, требуя большего. Его рука плавно опустилась вниз, пока пальцы не остановились на резинке моих трусиков.
