– Она на милю не допустила бы меня, если бы знала… Морган замолчал, потом придавил окурок ногой и вышел.
Час был поздний, а Сара сидела в постели и писала письмо Норману. Перед ней лежали рубаха, бриджи и шлем, которые ей бросил на складе Морган. Она их так и не надевала. Это, как ей казалось, была небольшая акция протеста, чтобы удержать на время хоть какие-то остатки благ цивилизации.
Жизнь в Белене казалась ей гораздо более странной и беспорядочной, чем в Англии. Индейцы, вольные как ветер, бродили почти голые. Горожане начинали и кончали работу, когда вздумается, не было определенного времени приема пищи и сна. В самое жаркое время дня собирались где-нибудь для сиесты. По ночам по улицам бродили пьяные и орали песни.
Сара подписала письмо Норману. Когда жених получит его, он уже тем или иным образом узнает о смерти ее отца. Бог знает, в какой версии. Компаньоны отца заверяли, что все подозрения о самоубийстве будут пригашены, но это, думала Сара, маловероятно. Англичане так любят сплетни. Когда новость достигнет Лондона, она наверняка обрастет самыми ужасными подробностями. Ей как-то следует доказать, что ее отец был убит, и получить эти семена для оплаты долгов, иначе ее будущее рухнет.
Девушка устало легла на кровать и стала смотреть в потолок. Ночь, как всегда, была душной. Ей хотелось окунуться в холодную воду. Сара закрыла глаза и задремала. Ей привиделся Морган в окружении веселых детей, сам похожий на ребенка. Потом появились длинноногие темнокожие красотки. Они смотрели на него и касались его с обожанием; и вдруг сама Сара появилась среди них и тянулась к Моргану, но не касалась его, боясь испытать постыдные ощущения, которые пробуждались в девушке всякий раз, когда она видела этого красавца. Но как она хотела их испытать! Ничего похожего Сара не чувствовала с Норманом, таким уравновешенным и постоянным. С Норманом было безопасно и обычно, и Сара была довольна своей жизнью.
Морган Кейн вызывал у нее беспокойство и жажду… чего? Девушка услышала шум в зале.
Она открыла глаза и поняла, что в коридоре громыхает голос Кейна. Сару как огнем обожгло. Девушка соскочила с кровати, неслышно ступая босыми ногами, подбежала к двери и приоткрыла ее.
В коридоре был сквозняк. В самом конце его, у лестницы, проснулись попугаи, они захлопали зелено-красными крыльями и закричали, а потом затихли при появлении Кейна. Его широкие плечи и широкополая шляпа были освещены слабым золотистым лучиком снизу.
Морган шел по узкому коридору к своей комнате напротив ее номера, и в темноте светился огонек его сигары, так что лица было почти не видно. Сара замерла, увидев знакомый силуэт в полумраке. Он воплощал все запретное для приличной женщины: пищу для фантазий – что можно было бы испытать с человеком, движимым грубым желанием, а не правилами и обычаями.
Саре это было знакомо. С тех пор, как Морган поцеловал ее на террасе в доме отца, девушка часто думала об этом наедине с собой.
Морган остановился у своей двери, достал ключ, отпер дверь и вдруг обернулся и увидел Сару. Мужчина пристально посмотрел ей в глаза.
Господи, он угадал, о чем она сейчас думала. Сара поняла это по его сузившимся глазам и такой знакомой кривой ухмылке. Девушка чувствовала, как его взгляд скользит по ней с головы до босых ног. Он как будто обжигал ее, но, хотя внутренний голос и подсказывал, что она полуодета, что влажное тело сделало ее рубашку прозрачной, Сара не двигалась. Вдруг она стала соблазнительницей, и ей это нравилось. Сара, казалось, вся дрожала от волнующих ее ощущений. Что ей делать, если Морган вдруг пересечет коридор и спросит, можно ли войти? Да он и спрашивать не станет, просто войдет.
Он вошел в свою комнату и захлопнул дверь. Сара закрыла глаза и прислонилась к стене. Тело ее пылало.
Солнце оранжевым шаром сияло над Амазонкой. Оно слепило глаза стоявшей у перил «Сантос» Саре. Когда яростное светило село за горизонт, река и корабли стали казаться пурпурно-лавандовыми. Корабль, на котором заказал им места до Сантарема Морган Кейн, был большим и белым, как свадебный пирог, с блестящими медными поручнями, напоминавший колесный пароход на Миссисипи.
Палуба была переполнена пассажирами и багажом; кое-где под тентами болтались подвесные койки. Несмотря на сумерки, было еще душно. С чувством покорности Сара поняла, что ее прежняя жизнь заканчивается.
