Как констатировал несколько столетий назад король страны добрых лошадей из романа Свифта: «Развращенный разум хуже звериной тупости» Но люди по-прежнему самые бесстыдные и жестокие свои деяния упорно именуют «зверством».
Впрочем, все это лирика. Война – не что иное, как способ существования человечества. А он, Макбейн, – профессионал войны…
Адмирал вставил обоймы, упрятал снаряженные таким образом пистолеты в две наплечные кобуры: справа – «картечная нарезка», слева – «поражающая». А стрелял с обеих рук моряк одинаково эффективно.
Ну а теперь… Теперь осталось претворить собственный план в жизнь. Адмирал чувствовал себя превосходно, словно волк перед схваткой со сворой гончих.
Возможно, это его последняя драка, но близость опасности разогревала кровь, и Макбейн понял, чего именно ему не хватало последние несколько лет – вот этого головокружительного ощущения, когда чувствуешь себя молодым, быстрым и – смертным. Его называли Мастер Смерть… Какая чушь… Что может быть сладостнее, чем обыграть эту костлявую щербатую тетку!.. Действие!
– Первый. Объявляю пятиминутную готовность по варианту «эскейп».
– Второй – готовность. – Третий – готовность. – Четвертый – готовность…
– Дрон… Макбейн сейчас далеко… Я не думаю, что именно он будет осуществлять задуманную акцию…
– Сначала нам нужно решить – что же это такое, убийство Президента я полностью исключаю…
– Да?
– До выборов. Ибо в этом случае силы, которые могут крупно выиграть после устранения Деда, вообще потеряют власть.
– Олег… Похоже, ты не допускаешь прихода к власти коммунистов…
– Вообще-то мне трудно это представить…
– Почему?
– Потому.
– Хороший ответ…
– Любой ответ всегда равноценен вопросу. Ну а если серьезно, вопрос сейчас стоит так: или Россия будет великой державой, или сырьевым придатком и Европы, и мира, где будут сосредоточены производства первичной переработки руды, к примеру, а дешевая рабочая сила будет пахать на «дядю» и потреблять «ножки Буша», заедая ими дрянную водку ближневосточного или юго-восточного производства… Помнишь, когда был заложен способ существования нынешнего «Газпрома»?
– Упустила я этот момент…
– При дорогом Леониде Ильиче… Кстати, тогда нам был навязан договор по противоракетной обороне именно потому, что наши системы оповещения и поражения целей обогнали американские на два десятилетия… За время, пока мы «делились и размножались», притом выполняя условия заключенного пакта, американцы основательно подтянулись в этой области и готовы похерить, или, как выражаются политики, денонсировать ненужную им теперь бумажку…
– Мы проехали… – хмыкнула Лека.
– Не так уж далеко… Тогда была и «стройка века»: газопровод «Сибирь – Западная Европа», европейцы поставляли нам трубы, мы должны были расплачиваться газом… Ну а продукты химической промышленности – в сотни раз более дорогие, чем газ, – покупать у тех же европейцев. Проект имел милое название: «Газ – Трубы»; в народе – даром, что ли, политэкономию изучали во всех вузах! – он именовался: «Им – газ, нам – труба…» У меня полное впечатление, что проект во втором, народном варианте реализуется нынче…
Кстати, Организация приложила изрядные усилия к его воплощению…
– Ну и какие выводы из такого обстоятельного исторического экскурса?..
– Всего один. Главный соперник Президента не лидер народно-патриотических сил, а тихий и работящий Премьер…
– Или «первый вице»…
– Или так. А скорее – люди, которые за ним стоят.
– Разве за Президентом стоят другие?
– За Президентом – разные. Хотя ты права… Как и за Премьером…
– И ты знаешь эту разницу?
– Милая барышня… Знал бы прикуп – жил бы в Сочи!
– Дрон… Ты понимаешь, что это для нас значит?..
– Ровным счетом ничего.
– Против такой мощи мы с тобой бессильны. Нас уничтожат.
– Это вряд ли…
– Почему?
– Нельзя поймать ветер. И уничтожить то, чего нет…
– Но мы-то есть!
– Золотые слова…
– Ты лучше скажи, что делать?
– Будем брать пример с Президента.
– В чем?
– Если пьянку нельзя предотвратить, ее нужно возглавить!
Макбейн оглядел себя в зеркало. Специальные валики за щеками меняли овал лица, контактные линзы – Цвет глаз, густые пшеничные усы делали его и вовсе неузнаваемым. Плотный кевларовый бронежилет, надетый под рубашку, незаметен – просто фигура смотрелась грузнее; широкие брюки мужчина чуть приспустил, как делают в этой стране почему-то все располневшие мужчины вместо того, чтобы купить по размеру… Бизнесмен-мелкооптовик, каких по Москве шатается десятки тысяч…
«Сбруя» была хорошо подогнана и сидела ладно; пистолеты уютно легли на положенные им места; Макбейн надел куртку. Вообще-то в кожанке он чувствовал себя паршивым ниггером из Гарлема; на родине облачиться в такую одежду его, белого человека, ничто бы не заставило, но в России куртка – это и униформа, и символ определенного социального статуса.
