Словно они уже встречались, но не общались близко. Странное чувство, какое бывает, если не помнишь, выключил ли утюг, выходя из дома. Зуд под мозжечком.
– Здравствуйте, фрау Шеффер, – бойко поздоровалась с ней Кэтрин, и тон её разговора моментально изменился с панибратского на полный восхищения. – Прекрасно выглядите.
– Спасибо, солнышко, – та подошла ближе к стойке, и до Рика донёсся тонкий аромат чуть терпкого парфюма. – Рада, что ты вернулась. Нам тебя очень не хватало, – она улыбнулась ей, будто мать, встречающая ребёнка после долгой разлуки. – Кто твой друг? Я случайно услышала, что у него проблемы со спиной, так?
– О, это… Ганс, – моментально нашлась Кэтрин: – Увы, моих навыков мало, чтобы помочь должным образом. Я несколько… не того калибра, – она как-то особенно хитро прищурилась, и у Рика создалось неприятное впечатление, что все присутствующие говорят о чём-то, чего он не понимал. Впрочем, ему не впервой быть далёким от окружения, только сейчас это совсем не к месту.
– Приятно познакомиться, фрау Шеффер, – вспомнив свою основную роль, он изобразил живейший интерес, когда та милостиво подала ему руку для осторожного пожатия. – Вы и правда выглядите самой яркой розой в этом саду, – комплимент вышел довольно кривой, но он старался как мог: производить впечатление на женщин – точно не его конёк.
Однако фрау не заметила фальши и довольно улыбнулась, небрежным жестом поправив медный локон. Будто пыталась приковать его взгляд к своему декольте, из тесных оков которого хотели выскочить пышные полушария.
– Можно просто Адалинда. Так давайте же вы расскажете мне, что именно вас беспокоит, а я приложу все возможные усилия. У меня отличное медицинское образование, и как устроено человеческое тело, я знаю до мельчайших подробностей, – она указала в сторону коридора, а затем коротко и властно приказала Лили: – Не беспокоить два часа. Позвоню – принесёшь напитки.
Рик с облегчением выдохнул, осознав, что первый этап пройден. И всё же лёгкое чувство подвоха стучало в затылок, даже когда он со всей галантностью подставил для фрау согнутый локоть. Она приняла его руку и зашагала по коридору мимо множества закрытых дверей, и пришлось поддерживать разговор:
– Знаете, я очень на вас рассчитываю. Эти боли в лопатке столько лет меня преследуют, что любой бы потерял терпение.
– Увы, последствия травм редко можно предсказать, но можно облегчить состояние хорошей заботой и препаратами, – с готовностью отозвалась она, а Рик вдруг понял, что на своих высоченных каблуках фрау выше его на полголовы. Её духи уверенно становились раздражающими, и остро хотелось домой, к губам со вкусом вишнёвого лукума. – Вы солдат? Как получили ранение?
– Эм… Да, солдат, – не стал Рик её разубеждать и поселять лишние подозрения. – Миротворец с ближнего Востока. Очень не люблю вспоминать войну. Думаю, такая проницательная женщина и сама понимает причины.
– Конечно, – фрау участливо похлопала его по руке, и показалось, что ширина её ладони не уступает его собственной. – Проходите, Ганс, располагайтесь. Надеюсь, вам тут понравится, и вы войдёте во вкус, – на этих словах она картой-ключом открыла перед ним двустворчатую дверь в самом конце коридора: – Здесь нам никто не будет мешать.
Вип-комната оказалась достаточно просторным залом, подсвеченным по периметру красновато-жёлтыми лампами. Вместо одной из стен было панорамное окно до пола, зашторенное плотными бархатными портьерами. Рядом расположился письменный стол, отгороженный от остальной части помещения интересно изогнутым фигурным стеллажом. У противоположной стены стояли длинные кожаные диванчики со множеством подушек, перед ними на витой ножке – стеклянный столик, на котором ещё дымилась в пепельнице длинная дамская сигарета со следами бордовой помады. Пахло какими-то маслами, сродни эвкалипту. Посреди комнаты слегка чужеродно выглядела кушетка на колёсиках, застеленная белой простынёй.
– У вас уютно, – откровенно скривил душой Рик, потому что моментально представил, как удобно в таком интимном пространстве проводить переговоры и сделки по продаже органов. Вот и диваны для гостей, и зачем-то большущий книжный шкаф…
Зря он присмотрелся, уже прикидывая места для камер с лучшим обзором. Привыкнув к слабому освещению, глаза наткнулись на набор свечей в виде золочённых членов, которые занимали место книг в обители фрау Шеффер.
– Вы сильно напряжены, – тем временем заметила она, спокойно закрывая за ними двери и проходя к стеллажу. Наклонившись с довольно очевидным выставлением обтянутых бордовой тканью ягодиц, она достала с нижней полки аккуратно свёрнутый белый халат и накинула его на плечи. – Не бойтесь, хуже я точно не сделаю. Раздевайтесь, пальто можно оставить на вешалке.
