– Да, конечно, – вздохнул Рик, подчиняясь приказу в её низком голосе. В уме он лихорадочно прикидывал, как её отвлечь, чтобы суметь установить сразу две камеры. Для этого нужно укромное место, и на стеллаже как раз показалась небольшая чёрная шкатулка, довольно неприметная. Если бы рядом не болталась на цепочке крупная подвеска из двух медных шариков, между которыми… Да чёрт побери!
«Фетишистка?» – изо всех сил не заостряя взгляд на то и дело проглядывающихся в комнате странных деталях, Рик принялся расстёгивать рубашку. Фрау тем временем довольно ловко убрала волосы в пучок, но молнию халата оставила сверху приспущенной, не закрыв декольте. На ум пришло другое слово, явно куда более ёмкое: недотрах.
– На масла аллергии нет? – деловито поинтересовалась фрау, с голодом поглядывая на его открывающийся торс.
– Есть, – торопливо заверил Рик, убирая рубашку на диван. Ему совсем не хотелось быть облитым какой-нибудь гадостью и вонять потом как розовый куст. – Вот на большинство. Особенно если с отдушкой.
– Жаль, – протянула фрау и кивнула на массажный стол: – Ложитесь, посмотрим, что с вашей спиной. И знаете… вам не помешает расслабиться, правда? Вы впервые в подобном месте, так?
– Да, вы удивительно догадливы, – извиваться дальше было некуда, и Рик осторожно присел на край кушетки. Мозг анализировал всё со скоростью предельных мегабит в секунду, и ничего лучше он не придумал, кроме как изобразить ответный интерес, призванный успокоить бдительность: – Я не привык просто так раздеваться перед такими шикарными женщинами, как вы.
Растянув бордовые губы в снисходительной улыбке, фрау Шеффер подошла ближе и чуть наклонилась, углубляя вырез халата. Увы, эффект вышел обратный: от вида вываленных ему под нос неприлично больших шаров с ещё большей тоской вспоминалась естественность тела Лоры. Рик подавил желание поморщиться и позволил пальцам фрау погладить его по щеке. Какой-то по-сучьи покровительственный жест, будто он ребёнок перед педофилом.
– Ганс, вы такой милый в своей неловкости. Обожаю такие нетронутые пончики, – с придыханием начала она придвигаться ещё ближе, и чтобы не отпрянуть, пришлось знатно погнуть силу воли. – Может, выпьете чего-нибудь, чтобы расслабиться?
– Было бы прекрасно.
– У меня есть чудесный персиковый шнапс, подарок одного клиента с собственного производства, – засуетилась фрау, уходя за стеллаж к своему столу с громким стуком каблуков. – Просто сказка, нектар. А главное – никаких нервов.
Это был долгожданный шанс, которым глупо не воспользоваться. Попутно успевая продышаться от свербящих в носу терпких духов, Рик бесшумно метнулся к книжному шкафу, вытаскивая из кармана первую камеру. Фрау копалась в ящике стола, не поднимая головы, и этих мгновений как раз хватило, чтобы установить первый следящий кубик в укромном углу на полке. Быстро оценив направление съёмки, Рик вернулся на кушетку – как раз вовремя, потому как фрау уже наливала шнапс в бокал.
– Простите мне мою скованность, фрау Шеффер…
– Ох, я умоляю: Адалинда, – с улыбкой поправила она, подав ему выпивку, и явно намеренно при этом коснувшись пальцев. – Ничего страшного, я всё понимаю. Пейте, и приступим к массажу. Хотя, знаете, я бы для начала осмотрела вашу лопатку…
Рик пригубил бокал, на всякий случай не делая глотка, а лишь его изобразив. Алкоголю в его крови точно не место, а пиво – потолок допустимых градусов. Но фрау это, кажется, вполне устроило, и она обошла кушетку, создавая у него полное чувство, что он кролик в клетке хищницы. Дурацкие каблуки начинали бесить.
– Замечательный шнапс, вы совершенно правы, – прокомментировал он, играя, что продолжает понемногу потягивать воняющее персиком пойло. Но не смог не передёрнуться отвращением, когда чужие руки легли на плечи.
– Тише, тише, – глухо запричитала фрау, явно приняв эту реакцию за страх перед болью. – Да, вижу… Ужас, какой ужас. Я не сделаю вам больно, обещаю. Тут наверняка были повреждены нервы: скажите, кожа вокруг шрама ничего не чувствует? – от мимолётного касания к углублению над лопаткой Рик крепче сжал челюсти. Ему не хотелось, чтобы кто-то его там трогал. Кто-то, кому не разрешал. А разрешено лишь одним рукам, её рукам.
– Не чувствует, – выдавил он, а широкая ладонь скользнула к груди, и это терпеть Рик не собирался. – Вы безумно привлекательная женщина, Адалинда. Но у меня есть травмы, из-за которых чувствительность утратили и другие части тела. Им точно не помочь массажем, – он решительно перехватил настойчивую руку за запястье, и фрау громко ахнула:
– Что же вы сразу не сказали? Вам нужно… Что-то принять? Это совершенно нормально, тут нечего стыдится!
– Спасибо за понимание. Это всё ранения, мне теперь нужна дополнительная стимуляция, – вдохновлённо врал Рик, думая лишь, как отвлечь её ещё разок. – У вас же наверняка найдётся…
– Конечно, сию секунду! – фрау Шеффер метнулась к дверям и выскочила в коридор, с цокотом убегая к ресепшен.
