Глава 5
Вторник – и я опять просыпаюсь рано. Не потому, что мне снятся кошмары, а потому, что я решила стать абсолютно нормальной.
В школу мне дорога закрыта, поэтому я решила найти альтернативный вариант, который точно бы понравился моей маме. Мне необходимо вернуть наш дом в прежнее состояние, вдохнув в него уют. Когда вся семья будет в сборе, я хочу, чтобы они увидели это место таким же, каким оно было раньше, не хуже и не лучше. Но для этого надо очень сильно постараться.
С девяти утра и до полудня я отмывала всю квартиру, вытерала пыль, чистила зеркала и всю ванну, заправляла все постели, выбрасывала из холодильника все, что уже давно не подает признаков жизни, добавляя к мусору пустые пивные бутылки. И все это я сделала как обычный нормальный человек. У меня нет проблем, и теперь в доме тоже их нет. От осознания своей нормальности мне стало намного легче, поэтому, довольная результатом, я решаю не останавливаться на достигнутом и серьезно заняться готовкой. Но для этого нашему холодильнику срочно необходимы свежие продукты, а не прокисшее молоко и хлеб, покрывшийся плесенью. Подумав, я решила сходить в местный супермаркет и купить все необходимое хотя бы для простой яичницы. Пока я собиралась, то всячески пыталась вспомнить, когда я в последний раз ходила за продуктами. Обычно отец ходил за ними после работы. Либо мы просто заказывали пиццу на дом, что очень удобно. Но теперь мне надо сделать все самой ради семьи.
Термометр, убеждавший меня в том, что на улице довольно прохладно, явно меня обманул. На улице светило ослепляющее солнце, нет ни единой тучки, как и надежды на спасательный дождь. По улицам важно расхаживают дети с огромными рюкзаками. Им все равно на жару, даже в водолазках и штанах они прыгают по газонам, кидают друг другу летающие тарелки и бегают по дороге. Некоторых уже загоняют домой, однако они либо делают вид, что не слышат, либо что-то невнятно бормочут обеспокоенным родителям и продолжают свои забавы.
Когда-то и мы с Кесси были такими. То время, когда я только-только пошла в среднюю школу, а она уже была в выпускном классе, было одним из лучших в моей жизни. Целый год мы ходили вместе, болтали по дороге, даже умудрялись разговаривать на перемене. Кесси знакомила меня со своими друзьями, и многие в классе считали меня популярной. Много раз и она просила рассказать меня о своих одноклассниках, но правда в том, что со мной никто не общался. Мне никто не был нужен, компания сестры была для меня самой приятной.
У Кесси уже тогда был парень. Его звали Итан, и я видела его всего один раз. Несмотря на то, что мы с сестрой были близки, она умудрялась скрывать многое. Возможно, уже тогда она понимала, что такие отношения вряд ли имеют продолжение в будущем. Так оно и было: неделю спустя после окончания средней школы Кесси как бы невзначай проговорилась, что теперь «свободна и готова к новым подвигам». И, как оказалось, подвиг не заставил себя долго ждать. Он явился в лице семнадцатилетнего Томаса Хардсона, высокого баскетболиста с каштановыми волосами и пухлыми губами, как у девчонок. Про него Кесси рассказывала намного больше. Он был настоящий мачо: приходил только к третьему уроку, после занятий тренировался, часто снимал майку, обнажив все шесть кубиков пресса и накаченные руки, а после школы тусовался со своими друзьями, но никогда (по рассказам сестры) не злоупотреблял алкоголем.
Все девчонки сходили с ума по нему. Но четырнадцатилетняя Кесси быстро добилась своего: в октябре она уже ходила по вечеринкам на правах девушки Томаса. Ей завидовали многие, но никто не высказывал своих претензий вслух. Кесси говорила, что у них настоящая любовь. Первые полгода были похожи на сказку: он заезжал за ней на собственной машине, дарил цветы, дорогие подарки и украшения. Сестра бывала везде, где только был Томас, ходила с ним на тренировки и вечеринки, ездила за город и однажды даже осталась ночевать в его большом особняке на окраине города. Отец Томаса до сих пор руководит заводом «Лонголтен», на котором работает мой отец, и доход от него, несмотря на размер нашего городка, немалый. Вернувшись «от подруги», как думали родители, она была в таком восторге, что несколько часов пролежала на постели, не двигаясь. На все мои расспросы она лукаво улыбалась и говорила, что я еще слишком мала, чтобы знать подобное.
А после Рождества в отношениях Кесси и Томаса началась черная полоса. Случилось так, что одна из старшеклассниц начала рассказывать моей сестре про многочисленные измены ее парня. Не знаю, были ли они на самом деле, но, как мне потом стало известно, никаких доказательств не было. Кесси находилась в глубоком отчаянии. Несколько недель она плохо ела, ни с кем не разговаривала, и только через какое-то время мне удалось узнать, что произошло. Лишь чудом Томасу удалось вернуть расположение моей сестры. Через месяц они снова целовались возле порога нашего дома, а она по-прежнему считала, что после окончания школы выйдет за него замуж.
