— Пошли в мою комнату. — Предлагает Ник томным голосом, шевеля бровями.
— Пошляк! — На такое мое заявление он просто громко смеется.
— Глупышка, тебе же нужно где-то переодеться, да и мне тоже. — Отвечает уже более серьезным тоном.
Мы поднимаемся по лестнице на второй этаж, там просторный холл и несколько дверей, видимо спальни. Никита открывает одну из комнат и жестом приглашает войти. Это оказывается большая комната с двуспальной кроватью под окном, по обеим сторонам которой расположены небольшие стеллажи с книгами, на стене справа огромная картина, а под ней колонка. Слева стол с ноутбуком. Изголовье кровати и стул оббиты черной кожей, а стеллажи белые. На окнах черные тканевые роллеты, на полу паркет из темного дерева и пушистый белый ковер. Его комната.
Я остановилась у стола и стала рассматривать. Над ним приколото множество рисунков, выполненных простым карандашом: изображения людей и животных, просто наброски. Никита же ложится на ковер, закинув руки за голову, при этом его живот немного оголяется. Я вдруг засматриваюсь на его пресс на какое-то мгновение, а потом снова возвращаюсь к рисункам.
— Это все твои? — спрашиваю я удивленно. — Так красиво.
— Да, наверное, унаследовал от мамы этот дар. — Отвечает он.
— У тебя талант.
— Как-нибудь нарисую тебя. — Произносит он задумчиво. — Но не сегодня, давай пойдем купаться.
Он поднимается и открывает дверь, которую я сразу не заметила, за ней находится гардеробная и вход в ванную комнату. Я скрываюсь в ванной. Когда я выхожу в купальнике и в шортах, Никита уже переоделся в плавательные шорты и держит в руках полотенца. Никак не привыкну к тому, какой он красивый.
Мы спускаемся к бассейну. Ник, бросив полотенца на шезлонг, сразу же ныряет в бассейн, обрызгав меня. Я смеюсь, и начинаю спускаться по лесенке. Не люблю прыгать с бортика. Пока Никита плавает, я окунаюсь и ложусь на шезлонг загорать. Солнце так припекло, что меня начинает клонить в сон. И, судя по всему, я все же задремала, так как взвизгиваю от неожиданности, когда на меня летят холодные брызги.
— Эй, — говорю я возмущенно, протирая глаза. Никита прилег рядом, опершись на руку.
— Ты такая милая, когда спишь, — говорит он с ухмылкой, гладя мое плечо, которое уже порозовело на солнце. — Сейчас принесу крем, чтоб ты не сгорела, хочешь пить?
— Да, умираю от жажды, — отвечаю я, стараясь скрыть смущение, вызванное его прикосновением.
Он приносит два стакана лимонада со льдом и крем от солнца. Я делаю пару глотков и ставлю стакан, а Ник начинает мазать мои плечи и спину кремом. То как он это делает, вызывает у меня мурашки по коже и бабочек в животе. Я краснею.
— Ну вот, готово! — Хух, после этого я выдыхаю. Теперь моя очередь мазать кремом Ника. Я слегка касаюсь его, когда наношу крем на спину и плечи. Это так интимно, даже для друзей. Ох, его обнаженный торс. Чувствую как ускоряется его сердцебиение, как и мой пульс. Черт! Отдергиваю себя. И тут мы слышим звук подъезжающего автомобиля.
— Наверное, Светлана приехала, — говорит Никита. А я еще больше смущаюсь и хватаю шорты, и быстро их надеваю. Никита подходит ко мне и, взяв руку, тихонько шепчет:
— Не волнуйся, она тебя не съест, Джерр.
И вот высокая блондинка в бежевом брючном костюме выходит на террасу.
— Ники, ты дома. Привет, — а потом она замечает меня — А ты, наверное…
— Это Мия. Мия, познакомься — это Светлана, жена моего отца. — Отвечает Никита.
— Что ж, Мия, мне очень приятно. Никита, я забежала на пару минут, потом опять еду в город, вам ничего не нужно?
— Нет, спасибо, мы тоже скоро уедем, — произносит Никита немного напряженно.
— А…Хорошо, тогда увидимся. — С этими словами, она входит в дом и уже через несколько минут мы слышим, как заводится и отъезжает машина. Мы еще немного загораем и плаваем, а потом идем переодеваться, чтоб поехать в город. Вечером мы снова встречаем заход солнца на мосту, а потом Никита отвозит меня домой.
