Влюбленность у меня объясняется просто — недостаток тепла в организме. А тут — раз — весна! Теплая, сырая, запахи — как животное — все телом вдыхаешь. Нужен только подходящий объект для влюбленности. Или не подходящий, но чтобы в поле зрения присутствовал. Чтобы гормональные скачки были обусловлены наличием объекта вне досягаемости, а падение работоспособности объяснялось бы внезапным появлением рядом. Поэтому весной удобно влюбляться в друзей, старых знакомых и коллег по работе. Главное — чтобы месячник влюбленности не перерастал в квартальные катаклизмы. Чем хорошо влюбиться в коллегу: на работу — как на праздник! Любую бумажку несешь на согласование, по почте пересылаешь сухие отчеты с фатальными опечатками, стараешься не краснеть и все вспоминаешь школу. Приятно хоть раз в год, как насморком, заболеть старыми воспоминаниями. Руки дрожат, уши краснеют, в желудке плещется раскаленная лава, а ты мечтаешь о взаимности. Сидишь перед монитором, закрыв глаза, и мечтаешь… А потом вдруг твоя влюбленность как вирус расползается по рабочим помещениям и — начинает всех лихорадить. Самое смешное, что чем быстрее взаимность, тем меньше срок заболевания. Так ты можешь весь март и апрель сладко мучиться — все равно потом станет скучно и все сойдет на нет. Но если у объекта нет иммунитета и он тоже заразился…
Словом, влюбленность — вирус нестойкий, и любое «да» ее губит. Конечно, когда вообще никакой взаимности не ожидается, чувство переходит в хроническую стадию. Но это уже зависит от выбора объекта. Я каждый раз думаю — нет, в эту весну обойдемся без сладкого яда и недоступных мужчин. С зимы строю планы, составляю расписание, загружаю себя по полной. Работа, друзья, поездки, ремонт на кухне (четыре года уже планирую!), машину обновить… Потом все в один день летит к чертям, и я радостно забываю про синий ежедневник и наполеоновское расписание. И накатываю ночные километры по третьему кольцу, и накручиваю вечерние бульварные круги… Замечали, что в таком состоянии мы все время стремимся бегать по кругу? Тысячи зашоренных лошадей бегают по кольцевым маршрутам, все еще надеясь их выпрямить и достигнуть цели.
Бульвары весной — это вообще отдельная песня. Лица прохожих — готовые сюжеты для романов, где безошибочно узнаются знакомые черты. Разговоры с самим собой на скамейке, прихлебывая из горла весеннее лекарство и выкуривая по пачке крепких за вечер. Мимо идут пары, но их откровенно жалко. Они счастливы приятной плотской зависимостью, но бульварные страдания в одиночестве у них уже позади. Им нужно разговаривать, целоваться, узнавать друг друга, проявлять внимание и понимание, взволнованно трогать потные ладошки… Никакого простора для фантазий — они просто перешли на следующей круг. Но еще по старой привычке возвращаются на бульвар и спрашивают — а помнишь?… а вот здесь… а вот на этой скамейке…
Они мне сильно мешают своей пузырчатой радостью, но я терпеливо жду — потому что еще помню свои щенячьи восторги по поводу разделенности. Ах, навеки, навеки!.. Ой, ты тоже любишь стихи-песни-басни?! Да-да, у меня тоже тонкая душевная организация, и я завсегда плачу, когда смотрю фильм «Белый Бим Черное Ухо»!.. Да, я тоже очень люблю Прагу весной!..
Почему-то особо трогательными при влюбленности являются вещи, которые сама себе ты никогда не позволяешь… Ой, вы знаете, она снимает носочки и складывает их обратно в ботиночки! Так смешно! (хотя ты предпочитаешь ношеные носочки видеть в тазике для белья)…
А еще можно вылавливать лук из супа, пить пиво из бутылки, целоваться в метро, вешать джинсы на дверь, засовывать руки в карманы, не отключать телефон во время секса… Потом все это теряет свое очарование, влюбленность сменяется несданным отчетом и полным завалом на работе, организм тихо худеет от недосыпа и никотина — и хочется выйти на Никитский погулять в одиночестве.
