Роман английской писательницы Линды Тэйлор нельзя назвать просто любовным, ведь Элла Нортон, главная героиня романа, решает полностью изменить свою жизнь и с головой погружается в пучину проблем, уготованных ей судьбой.Лихо закрученный детективный сюжет удерживает внимание читателя на протяжении всего романа.
Все должно быть просто, просто, как только можно… но не проще!
Стояло индейское лето[1]. Деревья вокруг лужайки уже пылали, словно костры, но на небе весь день не было ни облачка, а солнце по-летнему щедро согревало землю, к вечеру заливая ее мягким золотистым светом.
Навалившись всем телом на лопату, Элла украдкой скосила глаза на Мэтта. Было жарко, и лоб ее покрылся мелкими бисеринками пота, даже волосы стали влажными. Выпрямившись, она сунула руку в карман, нащупала резинку для волос и стянула их на затылке узлом. Несколько темных локонов прилипли к щекам, и она, отбросив их с лица, выпрямилась, стараясь отдышаться. Слишком свободный джемпер она перетянула на талии, а рукава засучила повыше, обнажив загорелые до черноты руки. Когда она была еще девочкой, мать вечно заставляла ее надевать шерстяной свитер — просто на всякий случай. Может быть, поэтому она, повзрослев, теперь почти всегда одевалась так, что смахивала на судью какого-нибудь спортивного матча.
Такой жары в сентябре она давно уже не помнила. Но сегодня ко всему прочему был еще ее день рождения. Элла искоса глянула вверх, на небо, яркую синеву которого подчеркивали крохотные барашки облаков.
Двадцать девятое сентября. Она так толком и не поняла, радует это ее или наоборот.
Пьер, опустившись на колени с зажатым в руке концом бечевки, поднял на нее глаза:
— Не хочешь поменяться?
Элла взглянула на него. Совсем еще мальчишка — двадцать один год, — неудивительно, что он свеж, как утренний цветок. Даже не вспотел! От досады она ощутила внезапный прилив сил и отрицательно покачала головой:
— Нет, все в порядке. Мой несчастный организм переполнен токсинами, так что уж лучше я буду копать, а ты меряй, хорошо?
На губах его мелькнула улыбка. Пьер кивнул и вновь принялся делать разметку, отмеряя, сколько квадратов дерна ей предстоит выкопать. В аудитории, до того, как они все вышли из здания, чтобы продемонстрировать свои практические навыки, Мэтт начертил на доске чудовищных размеров квадрат и показал им, назвав размеры, которые Элла постаралась запомнить. В двух шагах от нее Пьер старательно срисовывал диаграмму в рабочую тетрадь, водя по линейке остро отточенным карандашом. В представлении Эллы работа ландшафтного дизайнера скорее заключалась в копании в земле и вовсе не имела отношения к геометрии, но ей пришлось признать, что тут может пригодиться и то и другое. На практические занятия вся их группа явилась в старых джинсах и футболках, кое-кто прихватил с собой ботинки на толстой подошве или замызганный рабочий халат, и на этом фоне разительно выделялся Пьер. Грациозно переступая на цыпочках, он забрался на громадных размеров мат, который большинство из них предпочитало не замечать, одернул лацканы пиджака и с сияющей улыбкой окинул всех взглядом, а потом уселся и принялся непринужденно раскладывать содержимое своего пенала.
Элла позволила себе еще чуть-чуть передохнуть и, выпрямившись, огляделась по сторонам. Пьер, вероятно, самый юный в их разношерстной команде, предположила она. Увязавшись за своей английской приятельницей, он долго колесил по Франции, а потом сумел подыскать себе работу в «Le Manoire aux Quat’ Saisons», неподалеку от колледжа, которая отнимала у него всего несколько часов в день. Курс ландшафтного дизайна вызывал у него такой же энтузиазм, как у одиннадцатилетнего мальчишки в первую неделю после перехода в старший класс. Этим он весьма отличался, например, от Джона, лет пять назад потерявшего работу и попавшего в их группу благодаря стараниям чиновника из Департамента по безработице, и Нева — тот работал неполный день в Департаменте парков и получил выходной специально для того, чтобы прослушать курс. И от Валери — той уже перевалило за пятьдесят, и она жадно ловила каждое слово преподавателя, поскольку решила превратить свой садик на заднем дворе в настоящий парадиз. Кроме этих троих были еще Кэти и Эмма, которым было слегка за двадцать. В колледж они явились вдвоем и всегда держались вместе. Всего в группе человек пятнадцать, но остальных Элла почти не знала. И был еще Мэтт — руководитель группы.
Элла украдкой бросила взгляд на Мэтта. А тот в это время любовался Джоном. Не прерываясь ни на минуту, Джон снова и снова налегал на лопату, аккуратно вырезая куски дерна и складывая их на тачку. И все время болтал как заведенный. Стоя рядом с ним, Мэтт с интересом слушал его трескотню, время от времени ухитряясь вставить словечко. Кипучая энергия Джона немного его утомляла. Мэтт был совсем другим — по характеру он больше походил на вулкан, могучие силы которого скрыты глубоко внутри до поры, когда поток обжигающей лавы с ревом не хлынет наружу.
