Но прошло уже три дня, и синяк на моем боку наконец-то заживает. Если я не пересплю с этой девушкой в ближайшее время, то буквально взорвусь.
— Она сделала мне одолжение и помогала с Шэнной. А теперь, когда Шэнна отвалила, нет причин продолжать игру. — Позволяю своему взгляду переместиться туда, где она работает с одним из парней. — Это никогда не было чем-то настоящим.
Я хоккеист, а не актер, но та чушь, которую я говорю на льду, должно быть звучит правдоподобно, потому что похоже Аксель купился. Он проследил за моим взглядом и сказал:
— Она довольно симпатичная.
Моя реакция мгновенна.
— Нет.
Он смеется и проводит рукой по своим светлым волосам.
— В смысле «нет»?
— Держись от нее подальше, чувак. — Я ставлю гири и хватаю со скамейки полотенце. — Нам нельзя с ней связываться. Помни предупреждение Грина.
— То, о чем Грин не узнает, никому не повредит. — Он снова смотрит на Твайлер, и я вижу интерес в его глазах. — Она была бы не первой девушкой, которую мы делим.
Как хорошо, что я уже положил гири, потому что Аксель опасно близок к тому, чтобы получить травму. Поворачиваюсь и вторгаюсь в его пространство. Мой голос низкий, когда я говорю:
— Как твой капитан и друг, я говорю тебе, чтобы ты отвалил на хуй. Эта девушка под запретом.
Челюсть Акселя дергается, как будто он обдумывает варианты, но мы оба знаем, что у него их нет. Я добился своего, и ради Твайлер я не боюсь пойти еще дальше. Он, должно быть, пришел к тому же выводу, потому что медленно улыбнулся мне и поднял руки.
— Не беспокойся, чувак. В любом случае, она кажется слишком робкой, на мой вкус. Из тех девушек, которые привязываются.
С таким кобелем, как Аксель, не поспоришь. Я провел последние пять месяцев в компании хоккейных заек, но он, за последние три года, завоевал популярность во всех слоях женского населения Уиттмора. Лучшее для него — думать, что она не стоит того и скорее проблема.
Как только он переключается на свою тренировку, я выхожу из зала, мне нужно остыть, прежде чем я наделаю глупостей. Сдерживаемая потребность быть с Твайлер не помогает. Я все время в напряжении. Захожу в раздевалку и хватаю свой телефон.
OneFive: Встретимся перед занятием?
Она отвечает быстрее, чем я ждал.
OneFive: Студенческий центр. Нижний этаж. Кабинет 110.
Она отвечает поднятым вверх большим пальцем, и я чувствую, как давление с моей груди спадает. Раньше меня никогда не мучала потребность увидеть девушку. Не знаю, то ли это недельная подготовка, то ли дополнительная секретность, но я знаю, что не остановлюсь, пока не доберусь до нее.
Кабинет 110 — это небольшая комната в студенческом центре, предназначенная для индивидуальных занятий. У него есть онлайн-форма регистрации, и я заранее забронировал для нас следующие тридцать минут.
Как раз снимаю куртку, когда входит Твайлер. Она закрывает дверь и осматривает обстановку. Хотя я не включал свет, освещения от двух экранов компьютеров у дальней стены достаточно, чтобы разглядеть остальную часть комнаты: рабочий стол, кожаный диван, две зоны с компьютерами и плоский экран на стене.
— Боже, какие же вы избалованные. Неудивительно, что вы кучка высокомерных придурков.
— Скажи же? — Я смеюсь, протягивая руку за ее спину, чтобы запереть дверь на ключ. Плавным движением снимаю рюкзак с ее плеча и притягиваю ее к себе и не теряя времени, прижимаюсь к губам. — Боже, твой рот. Чертовски сладкий.
У меня уже стоит. Блядь, я хожу со стояком уже несколько недель. Меньше всего хочется, чтобы Твайлер подумала, что я просто придурок, гоняющийся за ее киской, но нет ни единого шанса, что она не чувствует, как я прижимаюсь к низу ее живота.
— Как ты себя чувствуешь? — спрашивает она, прерывая наш поцелуй. — Как синяк?
Моей травмой занимается Тренер Грин. В понедельник я пропустил тренировку и откатал утреннюю норму не торопясь.
— Немного болит, но уже лучше. — Целую ее в щеку. — У меня была хорошая медсестра.
— Я не медсестра, — говорит она, но ее голова склоняется набок. Я посасываю ее ушко и беру в ладонь грудь, продолжая тереться о нее. — Но рада, что тебе лучше и я наконец-то могу это сделать.
Она лезет пальцами под подол моей рубашки и скользит ими по животу. Она кайфует от моего пресса, и мне это нравится. Я усердно работаю над своим телом, и когда такая девушка, как Твайлер, которую сложно впечатлить, впечатлена? Да, это явно тешит самолюбие.
Она продолжает исследовать мое тело, наклоняясь, чтобы поцеловать кожу чуть ниже моего пупка, и мой желудок куда-то проваливается. Отступаю и натыкаюсь на край стола, который врезается мне в задницу. Я так сильно хочу эту девушку, что готов кончить от одного ее прикосновения. Сглатываю и опускаю руку вниз, сжимая выпуклость на джинсах.
— Похоже, это была плохая идея, — бормочу я, пытаясь обрести хоть какой-то контроль. — Продолжишь в том же духе, и я кончу в штаны.
