Он поцеловал её и резко опрокинул на мягкую кровать. Нежный взгляд. «Да, тебя хочется любить». Томми стал нежно целовать Мэриэнн. Губы, шею, спускался ниже, к груди, закованной в комбинацию. Осторожно, стараясь не повредить хрупкие кружева, он освободил прелести возлюбленной. Поцелуи стали опускаться ниже…
Каждое прикосновение Томми становилось для Мэриэнн незабываемым, каждое оставляло на теле такое любимое клеймо, с которым хотелось ходить всю жизнь. Ей уже не важно было, сколько девушек до нее Томми также целовал и обнимал.
Прочь оковы одежды! Их тела соединились в одной симфонии. Каждое движение, каждый вздох, каждое прикосновение… как партия инструмента в их любовном дуэте. Она — нежная и трогательная скрипка, он — смычок, что заставляет её играть. Сначала тихо, с перекатами, потом напряжение нарастало. Все как тогда, на холодном камне побережья. Нет, не так! Все не так! Все лучше, круче, сильнее! Нет того волнения за её первый раз, нет переживаний за то, что скажет отец, нет ничего. Есть только она, он и мелодия их любви.
Мэриэнн не хотелось, чтоб это все когда-нибудь закончилось. Она могла всегда вот так, в гостинице неродного города, сбежавшая вчерашняя пай-девочка, влюбленная до кончиков волос, счастливая своей ненасытностью, счастливая его нежностью, любить его. Наконец-то он рядом. Не с какой-нибудь Бриджит, Молли или Кейт — с ней, с Мэриэнн.
Двенадцать последних лет ее жизни — больше половины, она осознавала свою влюбленность в Томми. До этого Мэриэнн просто особо выделяла его из тех ребят, с которыми общалась в детстве. В восемь лет она впервые поняла, что думает о Томми Брауне в сотни раз больше, чем о чем-то другом, в двенадцать разочаровалась в своих попытках переключить внимание на кого-нибудь или что-нибудь, в четырнадцать получила первые поводы ревновать и ревновала до окончания вечеринки у Лоуренсов. И вот он с ней. Так и должно быть. Она дождалась и оказалась вознаграждена за то сполна.
Томми и Мэриэнн лежали обнявшись. Не говоря не слова, просто обнялись и все. Сейчас им не нужен был ни этот мир, ни этот город и никто другой во всей вселенной.
— А как мы будем объяснять твоему отцу факт нашей женитьбы? — Мэриэнн, наконец, прервала долгое блаженное молчание.
— Ну, объясним как-нибудь. — Пожал плечами Томми, хотя, лежа это было проблематично. — Просто поставим его перед фактом и все. А что? Его мечта сбудется, я начну нормальную, в его понимании, жизнь. Завязал с пьянками, по девкам не гуляю…
— Да, ему, наверно, станет гораздо спокойнее. Просто, зная его характер… Он же хотел видеть на моем месте Марию…
— Зато я не хотел! — Уверенно произнес Томми. — Знаешь, а я ведь всегда знал, что ты меня любишь. Просто… — он замялся. Что, признаться ей, что он полный дурак? Что он спал с другими из-за их доступности, а она… она просто была хорошей девочкой, которую плохой мальчик не хотел портить. Да и не такая уж она хорошая, судя по недавним событиям.
— Просто есть такие хрупкие мосты, перейти которые можно только один раз, потом они рушатся, а назад пути нет. Случись это раньше, когда ты еще не был готов, мы очень быстро расстались бы, — Мэриэнн как-то грустно посмотрела на Томми.
Томми привстал на кровати и, опершись на локоть, посмотрел Мэриэнн в глаза.
— А ты была готова? Вот так, броситься в омут головой. Не сказав ни слова никому, просто умчаться в рассвет. Ты была готова? Еще тогда, раньше, предложи я тебе руку и сердце?
— Я уже давно была готова, знала, что мне нужен именно ты, — Мэриэнн ласково улыбнулась Томми, — если бы я, хоть немного сомневалась, я и сейчас не поехала бы с тобой и выйти за тебя не согласилась бы.
— Ясно, — улыбнулся в ответ Томми. — Учитывая, что на том светском рауте ты не колебалась ни секунды, ты была готова давно. Вот только я все тянул неизвестно что.
Он наклонился и нежно поцеловал свою невесту.
И запоздавшая мысль, что жена переезжает в дом мужа. «Черт!» — вспоминая, что представляет из себя комната Томми, промелькнуло в его голове.
У Мэриэнн снова закружилась голова. На этот раз, голод был ни при чем. Девушка блаженно откинулась на подушки.
— Ты ведь никуда не уйдешь? — как-то по-детски наивно спросила она.
— Верный рыцарь всегда будет с принцессой, — с улыбкой произнес Томми. — А теперь, ваше высочество, не соизволите ли почивать?
— Только с верным рыцарем, — улыбнулась в ответ Мэриэнн.
Томми нежно обнял Мэриэнн.
— Закрывай глаза, я никуда не уйду, — сказал он шепотом.
— Спокойной ночи, милый! — Мэриэнн еще долго чувствовала на губах привкус этого слова. «Милый». Это про него. Вслух. Не в пустоту. Блаженство.
Обнявшись, они уснули в ночной тиши отеля. Утро сулило им новые горизонты.
***
Мэриэнн снова проснулась первой. Она вообще спала немного и вполне высыпалась. Скоро придет Мария и утащит на шоппинг. Если подруге что-то пришло в голову, спорить бесполезно. Мэриэнн оглянулась на Томми. Тот улыбался во сне. Мэриэнн наклонилась и нежно поцеловала его щеку.
Он обнял девушку, уловка с мнимым сном удалась.
— Выспалась? — Когда они смогли разомкнуть губы, поинтересовался Томми.
