Игра в молчанку полностью

– Да, – пробормотал я, чувствуя себя так, словно это я был виноват в том, что Мэгги лежит неподвижно и ни на что не реагирует. Впрочем, я был виноват. Быть может, с чисто медицинской точки зрения я и был ни при чем, но… Если бы мы поговорили, Мэгги сейчас здесь не было бы. Если бы я не замолчал, не отгородился от нее, все было бы иначе. Да, я сделал это, чтобы защитить ее, – и чем это закончилось для нас обоих?..

– Не будьте слишком строги к себе, Фрэнк, – сказала Дейзи, закрывая за собой дверь. – И не отчаивайтесь. Продолжайте разговаривать с ней, как раньше. Я как-то проходила мимо палаты и видела… У вас наверняка найдется для миссис Мэгги какая-нибудь хорошая история.

– Не знаю, насколько моя история хорошая. Это просто… история. О нас. О нашей жизни.

– Я уверена, что она в любом случае принесет ей пользу. Уже приносит, просто этого пока не видно. В общем, Фрэнк, меньше задумывайтесь, больше говорите. Вы сможете обо всем подумать, когда миссис Мэгги вернется к нам.

Когда Мэгги вернется… Я мельком подумал, что даже не представляю, чем это может обернуться. Инвалидное кресло? Круглосуточный уход? Постоянный врачебный контроль? Впрочем, альтернатива была намного хуже. И страшнее.

Задумавшись, я не ответил на какие-то слова Дейзи, и ей пришлось тряхнуть меня за плечо, чтобы вернуть к реальности. Кажется, Мэгги была здесь не единственным коматозным больным.

– Я собиралась искупать миссис Мэгги, но, если хотите, я пришлю кого-нибудь попозже, – сказала Дейзи.

– Нет, не надо. Я не хочу вам мешать. – Я осторожно опустил руку Мэгги на простыню и поднялся.

– Хотите помочь мне с купанием? – неожиданно предложила Дейзи. – Вместе будет быстрее, потом я снова оставлю вас одних.

Я не знал, что ответить. Мне уже приходилось купать Мэгги, когда она была больна или слишком слаба, чтобы двигаться, и все же этот процесс казался мне слишком интимным, чтобы я стремился лишний раз в него вмешиваться.

Дейзи почувствовала мои колебания даже несмотря на то, что стояла ко мне спиной.

– Это очень просто, Фрэнк, – сказала она мягко. – Я вам подскажу, как надо.

И, подойдя ко мне, она поставила тазик на стул, на котором я только что сидел.

– Сначала снимем это… – Просунув руку сзади под голову Мэгги, Дейзи слегка приподняла ее и, удерживая в полусидячем положении, распустила завязки на спине ее больничного халата. Действовала она не спеша, стараясь не касаться проводов и трубок, которые поддерживали в Мэгги жизнь. Когда был развязан последний узел, Дейзи взялась за ворот халата, потянула вниз, и я поразился тому, как сильно исхудала Мэгги. Ключицы торчали, под тонкой кожей проступали ребра… За последние месяцы мы были близки несколько раз, но это происходило в темноте, да и наш взаимный голод был слишком силен, чтобы нам пришло в голову друг друга разглядывать. Нам было важнее тепло прикосновений, которое окутывало нас подобно пуховому одеялу, умеряя, ослабляя боль. Но теперь я видел, что страдания не только иссушили душу Мэгги, но и источили ее плоть. От женщины, которую я любил, осталась одна тень.

– Мы не будем мыть ее по-настоящему, только освежим влажной губкой. Вот, протрите шею и подмышки. – Дейзи выжала губку и протянула мне, продолжая удерживать Мэгги за плечи. – Вот так, правильно… Не торопитесь.

Я провел губкой по груди Мэгги, и ее кожа заблестела от влаги, которая, впрочем, тут же высохла. Я перешел к шее, стараясь не намочить пряди волос, которые свисали почти до плеч. Крупная, тяжелая капля воды, которую я нечаянно выжал из губки, вытекла из-под уха, скользнула по голубоватым венам на шее, побежала по груди и впиталась в ткань больничного халата, оставив на ткани серое пятно. В ее то медленном, то убыстряющемся движении была какая-то завораживающая плавная мягкость, и я с особой остротой вспомнил, что́ я чувствовал, когда мои пальцы проделывали этот же путь в первый раз. И в последний тоже. Жаль, что все разы между запомнились мне не столь ясно.

– Отлично, Фрэнк, у вас хорошо получается. Ну, достаточно. – Дейзи протянула руку, чтобы забрать у меня губку, и у меня упало сердце, когда я понял, что мытье позади. Интересно, узнала ли Мэгги мое прикосновение?

– Расскажите, какая она, наша миссис Мэгги? – фамильярно спросила Дейзи, выливая воду в ведро.

Господи, ну и вопрос! Интуитивно я понимал, что́ она имеет в виду, но положительно не знал, с чего начать. Это действительно нелегко – найти правильные слова, чтобы рассказать о ком-то, кто был для тебя всем; того, с кем ты сросся, сроднился и кто уже давно стал частью тебя.

– Чем она занималась? – подсказала Дейзи, ставя тазик вверх дном на тележку.

– Она была медсестрой… как и вы. То есть, не совсем… Мэгги работала в общей хирургии и занималась перевязками, вакцинациями и прочим в том же духе… да вы, наверное, знаете. Ей очень нравилась ее работа. Мэгги умела обращаться с людьми, не то что я.

Я поднял голову, и мне показалось, что Дейзи слегка улыбается.