– По крайней мере, когда я с ним познакомился, он нигде не трудился. Когда я последний раз разговаривал с Бурцевым, он сказал, что вроде куда-то пристроился или собирался. Это еще по весне было. Но что-то я сильно сомневаюсь, потому что частенько его видел шатающегося в праздном безделии именно в рабочее время.
– Интересно, на что он жил?
– Наверно, люди добрые подавали, – усмехнулся полицейский. – Или спонсора какого нашел. Преимущественно, дамского пола. Хотя, учитывая современные модные реалии…
– А криминал?
– В явном не замечен. Если что-то такое и творил, то явно не на моем участке и не на нашей «земле». Иначе бы я в курсе был.
– Он один жил?
– Один. К нему даже гости ходили редко.
– А родственники, жены, может быть, бывшие, подружки, дружки?
– Родственников не видел. И, насколько я помню, Андрей был не женат. Ну, по крайней мере, пока я тут служу. Я ведь даже бабушку его не застал, мне соседи про нее рассказывали. Какие-то знакомые заходили, правда, редко. Но он жил очень тихо. Компаний не водил, гулянок не устраивал. Вроде бы даже не пил. Так что жалоб на него не было. Я даже про его гостей от тех же соседей и узнал. У них тут в подъезде есть одна шумная семейка, так к ним чаще дергают.
– Пьянчужки?
– Ну да. Мамаша с сынком там живут, постоянно квасят. Вот у них проходной двор. На пятом этаже они обитают.
Гуров осмотрел оставшуюся квартиру. Пока что картина вырисовывалась следующая: некто пришел в гости к убитому Бурцеву, что-то они не поделили, из-за чего гость задушил хозяина и смылся. Зато в обеих комнатах и на кухне были явные следы того, что что-то искали. Ограбление? Вполне возможно. Плохо, конечно, что покойный жил один: сложнее будет установить, что пропало, да и пропало ли вообще. И похоже, что визитер нарисовался не с целью втихаря ограбить. Тем более замок был не взломан. Но могло быть и так: злоумышленник стащил ключики, решил поживиться в надежде, что хозяин отсутствует, а тот, как назло, дома оказался. Хотя нет, сомнительно. Убитый Бурцев услышал бы, что дверь открыли, вышел бы в прихожую, и тогда бы его там и обнаружили. Но все случилось в комнате, и явно не на пороге. К тому же у Гурова была уверенность, что убийца явно не с таковым намерением пришел. Да и в случае неудавшегося ограбления было бы несложно выкрутиться. А убийца, похоже, искал деньги. Либо что-то очень ценное. Возможно, что даже нашел. Сыщик отметил, что нигде не видно телефона покойного. Тоже утащили?
– Похоже, тут еще и грабеж, – повернулся Лев Иванович к участковому. – Или его попытка.
– Милое дело – ограбить безработного, – хмыкнул тот. – А заодно и придушить.
– Мне кажется, его сначала придушили, а потом уже по квартирке прошлись. Судя по обстановочке, этот Бурцев явно не был нищим. Не последний кусок доедал.
– Но и не олигарх.
– Понятное дело. Кстати, о криминале. Ты его не проверял? Он, часом, не судимый?
Роман слегка призадумался.
– Нет, – он покачал головой. – Судимых на своем участке я знаю. Андрюша точно не из этих был. Потому что – да, я проверил. Даже не привлекался и не задерживался. Мой предшественник оставил мне всю картотеку с сидельцами и прочими. Покойный там не числился.
– Ты сказал, что родственников его не видел. А вообще кто-то из родни у него есть? Родители, братья, сестры…
– Родители в Подмосковье. Но это с его слов.
– Данные есть?
– Нет.
Сыщик снова огляделся. Надо еще будет пройтись по соседям и выполнить стандартную процедуру с опросом, кто что видел. Краем глаза он заметил, как по двору едет машина «Скорой». Вот и медики пожаловали. А вот следователи задерживаются. Но он не сомневался, что с минуты на минуту и они прибудут. Пока что картина ясная: убийство и ограбление. Но что-то подсказывало Гурову, что здесь далеко не все так просто, как кажется.
Он повернулся к участковому.
– Ты сказал, его сосед нашел? – спросил сыщик.
– Да. Поговорить хотите?
– Хочу. Он дома?
– Дома, дома. Собственно, дядя Витя мне и позвонил, сообщил. А я уж выше доложил.
– А что за дядя Витя?
– Да дедок здешний, пенсионер, местный какой-то активист, так сказать, – полицейский усмехнулся.
– И в каком плане активничает?
– Да во многих. В курсе всех местных новостей. С весны по осень он здесь поблизости тусуется с такими же старичками. За этим домом площадочка есть, вот там они и собираются. Столик поставили, лавочки сделали. В картишки режутся, беседы беседуют.
– Под это дело, – улыбнулся Лев Иванович и щелкнул пальцами по шее.
– А как же иначе? Но, что хочу сказать, до свинячьего визга не напиваются. Их там собирается человек пять от силы, раздавят бутылочку-другую, да и расходятся. Так что проблем от них нет. Если все тихо-мирно, пусть сидят себе на здоровье. Да на них, в общем, и не жалуется никто. Местным не мешают.
Сосед, о котором говорил Роман, жил этажом выше. Дверь он открыл буквально через пару секунд после звонка. Это был вполне бодренький старичок невысокого роста, почти полностью лысый и в больших старомодных очках.
– А я вас жду, товарищ лейтенант, – улыбнулся он.
– Дядь Вить, это полковник Гуров из Главка. Побеседовать с вами хочет.
