Алекс проглотил пару таблеток, которые ему выписал врач, запил водой, и мы отправились гулять. Как влюбленные малолетки – держась за руки, хихикая, обнимаясь и целуясь на каждом углу.
– Сегодня звонил Илья. – Признался Алекс, когда мы купили мороженое и пошли вдоль сквера.
– Да? – Надо признать, я немного разволновалась.
– Сказал, что у него не осталось ни одной части тела, которая бы ни чесалась! Бедный. Всю тренировку укусы зудели так, что тренер отправил его к врачу – решил, что у него чесотка.
– Это главный минус турпоходов, – рассмеялась я.
– Хорошо, что мы вовремя спрятались в палатке, – подмигнул мне Алекс.
Наши губы соприкоснулись, и я почувствовала клубничный вкус мороженого на его губах.
– Что это? – Оторвался вдруг Алекс.
Его взгляд был устремлен на театральную афишу.
Я сжала веки. Сделала вдох и выдох. Сглотнула.
– Похоже, сегодня тут идет… твоя пьеса.
– Здесь написано: премьера! – Воскликнул он.
– Вот это да. – Проговорила я безрадостно. – Наверное, приглашение пришло на твой старый номер…
– Нужно будет его восстановить. – Сжал мою руку Алекс. – Чтобы больше ничего не пропускать! Как мы могли пропустить премьеру постановки? – Он поцеловал меня в щеку. – Ну, что, идем?
– Наверное, все билеты уже раскуплены… – Попробовала сопротивляться я.
– Так я же – автор. – Рассмеялся Алекс. – Неужели, мы не договоримся, чтобы нас пустили?
– Я…
– Идем же скорее! – Он потянул меня к входу, где уже собирались люди и представители прессы.
Он так оживился, что стал похож на ураган. Бесполезно было с ним спорить.
– Не могу поверить, – приближаясь к зданию театра, шепнул мне на ухо Алекс. – Неужели, это я написал ее? Эту пьесу. «Свидания», – прочел он на афише. – «Свидания» по книге Саввы Пипкена!
Я задрожала. Незаметно от Алекса бросила недоеденное мороженое в урну. Хотя, он и так бы не заметил. Стоял и увлеченно провожал взглядом толпу, входившую в здание.
– Невероятно! Все эти люди пришли посмотреть спектакль, который ставят по моей книге! – Алекс провел пальцами по афише и посмотрел на меня. – А я даже не помню, о чем она, и что я в ней писал.
– Раньше ты был публичным человеком. – Тихо проронила я, пожав плечами.
– А теперь мне хочется затеряться в этой толпе. – Еще тише признался он. – Нет, давай, пойдем отсюда. Я еще не готов.
– Давай. – Кивнула я.
– Савва! Наконец-то! – Вдруг распахнул ему объятия какой-то мужчина. Подбежал, обнял, отпустил, озадаченно оглядел. – Ты опоздал. – Заметил он, качнув головой. – Перед премьерой был фуршет – для своих. – Мужчина бросил на меня вопросительный взгляд. – Но хорошо, что вообще приехал, а то я не дозвонился до тебя и уже начал беспокоиться!
Кажется, я уже видела его. На той вечеринке для богемы.
– А вы… – Обратился он ко мне.
– Люба. – Представилась я.
– Точно. – Улыбнулся незнакомец. – Константин. Режиссер-постановщик.
Мы пожали руки.
– Ну, что ж, поторопимся. – Константин подтолкнул нас к главному входу. – До начала семь минут. Ваши места в вип-ложе. Прошу. – Он повел нас вдоль редеющей толпы.
И вдруг кто-то как закричит:
– Савва! Это Савва! Снимай его!
Налетели репортеры, стали, перебивая друг друга выкрикивать вопросы.
– Как ваше настроение?
– Отлично. – Скованно улыбнулся Алекс.
Его пальцы крепче сжались на моей ладони.
– Вы участвовали в кастинге? Кто принимал решение взять на главную роль Светлану Петровскую?
– Простите. – Он опустил взгляд и ускорил шаг.
– Можно один кадр? – Голос слева. – Улыбнитесь, Савва!
Алекс притормозил перед фотографом и постарался улыбнуться в камеру.
– Кто с вами? – Завопила какая-то журналистка, расталкивая коллег. – Представьте свою спутницу!
– Это Люба. – Он нежно обнял меня за талию. – Моя невеста.
Защелкали вспышки, и я прищурилась.
– Она актриса? – Раздался голос из толпы.
– Нет. – Смущенно ответил Алекс.
– Поцелуйте ее!
– Идем. – Он потянул меня за собой.
Константин уже подключил охрану, и толпе пришлось расступиться. Мы прошли в холл, залитый светом и сверкающий зеркалами.
– Мой помощник проводит вас. – Указал на лестницу Константин.
– Для меня большая честь познакомиться с вами. – Подбежал к нам его помощник. Им оказался тощий паренек лет двадцати. – «Свидания» – моя любимая книга.
– Почему? – Поинтересовался Алекс.
– Секс, мат, филологические изыски! Ваш лирическо-хулиганский стиль – как серпом по яйцам моралистов! – С восхищением сказал он.
Алекс посмотрел на меня едва ли не с ужасом. Он все еще до конца не отождествлял себя с Саввой.
– Спасибо. – Ответил сдержанно.
– Прошу. – Парень проводил нас в ложу.
Там мы были одни. Только сели, погас свет, и спектакль начался.
Алекс очень внимательно следил за происходящим на сцене. А я впервые видела воплощение придуманных им историй посредством игры актеров. Вот мужчина пригласил женщину к себе на чашку кофе, и реально угостил кофе – она даже обиделась: «А как же секс?»
Я знала, что будет дальше, поэтому перестала следить за актерами.
Все, о чем я могла думать, это Алекс. Он вспомнит, обязательно все вспомнит. Меня даже подташнивало от страха. И вместо реплик со сцены я слышала лишь бешеный стук своего сердца.
