— Ни о чём, а о ком, — поправила тётя, — Конечно же, о вас со Стасом.
— Так долго?
— Угу, — тётя упаковала остатки шоколада в фольгу и внимательно на меня посмотрела, — Когда Стас выходил, я увидела у него в руке тростку.
Повисла пауза. Слова тёти Оли были слишком неожиданными, поэтому я не спешила что-либо говорить, ожидая, что это сделают вместо меня.
— Что с ногой Стаса? — наконец спросила она.
— Травма после аварии, — пришлось ответить мне.
— Аварии!? — ужаснулась тётя, — Он что, сломал ногу?
— Это произошло 5 лет назад. Теперь у Стаса повреждена правая нога чуть ниже колена и он вынужден ходить с опорой.
— Ужас… — покачала головой тётя, — А это можно как-то исправить?
— Мы надеемся, что да, — с печалью ответила я и опустила глаза в кружку, — А то Стас мучается с этой ногой. Она ведь болит и в непогоду, и при всяких неосторожных движениях.
— Угораздило ж его так… — вздохнула тётя, — Ну ты ведь его всячески поддерживаешь?
— Конечно.
— Ты главное не позволяй ни ему, ни тебе повторять прошлых ошибок, — коснувшись моей руки, посоветовала тётя, — Если уж вы решили начать всё сначала, то нужно быть в сотню раз осторожнее.
— Почему в сотню? — не поняла я.
— Да потому что вы уже хорошо друг друга знаете… Знаете привычки один одного, вкусы, слабые стороны…
— Так это же хорошо, — улыбнулась я, никак не разделяя тётиного беспокойства, — Мы теперь родные люди. А совсем скоро станем семьёй.
— Будь осторожна, моя девочка, — ласково произнесла тётя, — Второй раз на одни и те же грабли…
— Тётя! — прервала её я, слегка повысив голос, — Я очень люблю Стаса. А он любит меня. К чему нам быть осторожными?
— Когда-то мы уже касались этой темы, — напомнила тётя Оля, — И ты говорила то же самое. Слово в слово. И что же вышло из вашей большой любви? Твои слёзы, потеря ребёнка, горькое расставание и твой отъезд.
Я опустила глаза, с горечью вспоминая о тех событиях. Тётя Оля тронула меня за больное, напомнив о моей девичьей наивности.
— Ты права, тётя. Мы со Стасом тогда действительно просто ужасно расстались. Но мы это сделали по ошибке, что оба хорошо осознаём.
— Вы ведь с ним поговорили?
— Да. Мы много говорили. Выясняли, как так вышло, кто прав, а кто виноват.
— Ну и кто же виноват? Неужели ты?
— В нашей ситуации оказался виноватым третий лишний, — ответила я, вызвав на лице у тёти недоумение.
— И кто этот третий?
— Нас рассорила и обманула одна знакомая Стаса. Скорее даже его бывшая.
— Вопросов стало только больше, — с вопросительными глазами сказала тётя.
— Борисенко Лиза, — ответила я, — Ты скорее всего о ней не слышала, но она работала вместе со Стасом.
— Так это она умудрилась совратить твоего…
— Да, — перебила я, не желая дослушивать слова тёти о неприятном мне человеке, — И давай больше не будем о ней. У Лизы своя семья. Пусть она обманывает её. А нас со Стасом трогать не нужно.
— Верно рассуждаешь, — с удивленным лицом закивала тётя, — Своё счастье нужно беречь и держаться за него руками и ногами.
— Тётя, что-то ты слишком часто меняешь своё мнение относительно Стаса, — я подперла голову рукой и задумчиво посмотрела на тётю Олю, — Я всё никак не могу понять, как ты относишься к нему.
— Не мне же за него замуж выходить, — коротко ответила она, — Я лишь пытаюсь тебя вразумить, что, судя по всему, не смогла сделать за все эти годы.
— Всё в порядке, тётя. Ты мне прочитала достаточно лекций, — криво улыбнулась я и поднесла к своим губам чашку уже остывшего за время нашего разговора чая.
— Ох, Лиса, — тётя с улыбкой покачала головой, — Я же тебя люблю. А ты этого не видишь и думаешь, что я читаю тебе лекции.
— Да всё я вижу, — тепло ответила я и приблизилась своей рукой к руке тёти, — И тоже тебя люблю… Но я не меньше люблю Стаса и полностью ему доверяю. Он меня любит.
— Конечно, любит. Как такую можно не любить? — усмехнулась тётя, — Кстати, я не хотела спрашивать при Стасе… У него на груди татуировка. Я права?
— Да, татуировка, — кивнула я.
— И чьи же это губы? — хитро заглядывая в моё смущённое лицо, спросила тётя.
— Мои… — шёпотом ответила я, и мои губы растянулись в счастливой улыбке воспоминаний.
— М-м-м, — протянула тётя, — Вы только встретились, и он уже решил набить на себе твои губы?
— Это было пять лет назад. Ещё тогда к моему дню рождения Стас сделал мне такой необычный сюрприз.
— Ничего себе! — поразилась тётя, — И даже не свёл… Точно любит.
— Любит, любит. Можешь не сомнев…
Меня перебил звонок в дверь.
— Это Стас! — восторженно произнесла я, вскакивая со скамьи.
— Ну иди открывай, — тётя проводила меня улыбкой, а потом тоже направилась в коридор, чтобы поздороваться с будущим родственником.
Я нетерпеливо бежала к двери, ожидая увидеть за ней своего любимого. Но на пороге стояла соседка.
— Здравствуйте, Алиса, — сказала она, когда я открыла дверь. Улыбка вмиг пропала с моего лица.
— Здравствуйте. Что-то случилось?
— Понимаете… — смущённо начала девушка, — У нас родился ребёнок…
— Поздравляю. Очень рада за вас, — ответила я, не понимая, зачем соседка, с которой я даже не общаюсь, рассказывает мне об этом.
