Тётя Оля достала из сумки несколько бумаг и, положив их перед родителями Стаса, переплела пальцы на своих руках, ожидая, когда они прочтут содержимое бумаг. Переглянувшись, Владимир Петрович и Марина Дмитриевна начали читать предложенный тётей Олей документ, а та принялась наблюдать за из реакцией, которая оказалась, на удивление, схожей.
— Наш сын нас обманывал!? — родители Стаса обменялись взглядами, после чего разочарованно вздохнули, — Ну уж ни за что на свете я бы не могла подумать такое о Стасе. Всё это время я считала Кольку негодником и обманщиком, но Стас…
— А я о чём!? — вступила в разговор тётя Оля, — Вы же понимаете, что это ненормально!?
— Конечно-конечно. Стас поступил просто отвратительно.
— Вы можете мне сказать, зачем вашему сыну понадобилась фиктивная помолвка с моей племянницей?
Марина Дмитриевна косо посмотрела на мужа, а потом опустила глаза на стол.
— Думаю, что Стас заключил договор с вашей племянницей, чтобы мы не женили его на дочери Борисенко, — предположила Марина Дмитриевна, и Владимир Петрович тут же согласился с женой.
— А кто это? — спросила тётя Оля, не понимая, о ком идёт речь.
— Дочка наших друзей, — ответила Марина Дмитриевна, тяжело вздыхая, — Очень хорошая девушка. Она бы была отличной парой нашему сыну.
— И что делать будем?
— Не знаю. Но тот факт, что наши дети нас обманывали, требует наказания, — серьёзно произнёс Владимир Петрович, постукивая чайной ложкой по кружке.
— Я уже поговорила с Алисой, и мы всё выяснили. Моя племянница сделала это только во благо, когда ваш сын — чтобы обмануть вас и избежать нежеланной свадьбы с дочкой ваших друзей.
После слов тёти Оли родители переглянулись.
— Пожалуй, вы правы. Виноват наш сын и он получит своё наказание. Да, Вова? — спросила Марина Дмитриевна, обращаясь к супругу.
— Да, конечно, — закивал мужчина.
— Тогда я, пожалуй, пойду, — вставая, тётя Оля стала складывать документы в сумку.
— Подождите, — остановила её Марина Дмитриевна, тронув за руку, — От контракта необходимо избавиться. Притом срочно. Он может понести за собой непоправимые последствия, — с тревогой смотря на тётю Олю, сказала Марина Дмитриевна.
Когда мы вышли из машины, Стас взял меня за руку и уверенной походкой зашагал в офис. Счастливо улыбаясь, я следовала за ним. В кармане Стаса брякнула связка ключей, и он, дёрнув за дверную ручку, сильно удивился, ведь дверь оказалась незапертой.
— Доброе утро, — произнёс знакомый мужской голос, стоило нам только переступить порог, и мы со Стасом переглянулись, узнав в мужчине Давида.
— Доброе. А ты чего так рано? — вопросительно приподняв брови, Стас стал вешать своё пальто на вешалку.
— Я заключил договор, Стасян! — хлопая бумагами о стол, воскликнул Давид.
— Да неужели!? Ты всё-таки дал той женщине свой номер? — усмехнулся Стас, разглядывая содержимое документов.
— Пришлось немного схитрить, чтобы она никогда больше не названивала мне, — Давид окинул меня хитрой улыбкой, а потом резко поднялся на ноги, — В общем, сделка наша! Женщина получила, что хотела, а мы при бабках!
— В сейфе? — тыкнув пальцем позади себя, спросил Стас, и Давид кивнул, — Отлично. Теперь точно можно вкладываться.
— Не знаю, о чём ты, но потом обязательно расскажешь, — проходя мимо друга, Давид хлопнул Стаса по спине.
— А ты куда? — оторвав взгляд от контакта, Стас удивлённо посмотрел на Давида.
— Кстати… Я ведь вам ещё не рассказывал… — губы Давида растянулись в блаженной улыбке, когда он смотрел на нас со Стасом, — В общем, мы с Кариной теперь вместе! — с восторгом сказал мужчина, и я на мгновение замерла, а потом ответно улыбнулась.
— Поздравляю! — воскликнула я и тут же посмотрела на Стаса, на лице которого не было никаких эмоций. Я резко штурхнула его в плечо, намекая на поздравления для лучшего друга.
— Да-да, я рад за вас, — сухо произнёс Стас, но Давид, по всей видимости, этого не заметил.
— Спасибо, брат! Ну, я побежал? — повторно стукнув Стаса по спине, Давид выбежал из кабинета, оставив нас вдвоём.
Я подняла изумлённый взгляд на Стаса.
— Ну ты чего так холодно отреагировал? У твоего лучшего друга радость, а ты… — я тяжело вздохнула, не понимая такой безэмоциональной реакции Стаса, — Разве ты не рад за Давида?
— Да рад я, — Стас перевёл дыхание и пожал плечами, — Просто всё это как-то странно.
— Почему странно то? Карина — моя лучшая подруга, она очень хорошая. А Давид — твой лучший друг, которому совсем недавно разбили сердце. Они отличная пара.
— Вот именно, Лис. Давид буквально неделю назад застал девушку, которой собирался сделать предложение, на измене, — Стас взглянул на меня, — Есть такая фраза: «Чем сильнее любишь, тем сложнее забываешь».
От его слов я глубоко, с нотками печали, вздохнула.
— Значит, я уже никогда не смогу тебя забыть, — кладя свою руку на плечо Стаса, произнесла я.
От моих слов Стас аж расцвёл. Его лицо залила лучезарная улыбка.
— Думаю, Карине просто удалось залечить израненное сердце Давида, вот и всё, — делая шаг назад, пожала плечами я.
